Прошу Вас прислать мне Ваш ответ… завтра, в четверг, 13/Х».

Телеграмма Сибирскому ревкому, сибирскому Промышленному бюро:

«Соглашение с Рутгерсом достигнуто… Примите необходимые меры для безусловного исполнения. Доносите о принятых мерах телеграфно.

Пред. Совнаркома Ленин».

Текст официальный. Двадцать первого октября.

«Совет Труда и Обороны, с одной стороны, и организационная группа американских рабочих в лице тт. Хейвуда, Рутгерса, Байера, Кальверта и Баркера, с другой стороны, заключили между собой следующий договор…»

Председатель правления Автономной индустриальной колонии Кузбасс Себальд Юстинус Рутгерс проводит последний день в Москве.

«Председателю СТО товарищу Ленину.

Прошу расширить мои полномочия и разрешить мне самостоятельно назначать и отводить членов организационного комитета до окончательного утверждения их СТО.

Рутгерс».

Два часа спустя.

«24. Х. 1921 г.

тов. Куйбышев!

Прошу Вас обсудить это с Богдановым.

Если не согласны, позвоните мне.

Я з_а, ибо это не есть общее полномочие, а лишь право опротестовать личный состав «Орг. комитета»…

Ленин

Р. S. Очень спешно, ибо Рутгерс уезжает в 5 часов».

В четыре часа тридцать минут в номере Рутгерса в гостинице «Метрополь» телефонный звонок.

— Алло, товарищ Рутгерс! Говорит Куйбышев. Мы согласны с вашим предложением. Ваши полномочия утверждены. Всего хорошего, счастливого пути!

Доброй встречи тоже. Воззвание, написанное Куйбышевым накануне прибытия первой партии добровольцев-американцев:

«Необходима и возможна совместная работа иностранных и русских рабочих плечом к плечу в одной мастерской, в одной шахте над созданием фундамента единственного в мире рабочего государства…

Американские рабочие едут не в интересное путешествие, а на подвиг. Русские рабочие должны их встретить по-братски».

У автономной индустриальной колонии — маленького Интернационала в Сибири — впереди пять лет. Таких, что. не опишешь ни белой, ни черной, тем более розовой краской. Всего предостаточно. Радостей, разочарований, козней, свершений для своего времени огромных. Чтобы нагляднее — строительство, пуск химического завода в Кемерове. Кокс уральской металлургии, уголь сибирским железным дорогам, электричество таежным деревням…

Время от времени над колонией низко нависают тучи. Охотников разгромить, уничтожить ее вполне хватает. И в соперничающем угольном Кузбасстресте, и в московских хозяйственных центрах. Особенно старается, сил не щадит член Госплана инженер Федорович. Бывший директор-распорядитель Копикуза — французско-бельгийского акционерного общества, владевшего каменноугольными шахтами Кузбасса.

Для полного удобства там же, в Госплане, обосновался второй доверенный Копикуза — некий меньшевик Шалдун. Вдвоем доказывают: так называемая АИК экономически нежизнеспособна. Трудное хозяйственное положение страны диктует один-единственный выход — кузбасские шахты надлежит отдать иностранным концессионерам. Возможно, сами старые владельцы…

Комиссии, обследования, перепроверки… Заседания в Сибирском ревкоме, Госплане, в наркомате РКИ. С марта по ноябрь двадцать четвертого года. Покуда Совет Труда и Обороны не решает: во всем разобраться Куйбышеву В. В.

Разобраться… Ильич обычно писал ему: «Прошу кратко ответить по существу…» Из груды отчетов, протоколов, резолюций, из хитросплетения обвинений и контробвинений, из правды и вымысла отсеивает жизнеутверждающее. Чтобы колония могла существовать, чтобы надежно пустила корни в сибирскую землю, надо твердой рукой раздать, расширить рамки. Не трястись, не крохоборствовать — весомо добавить еще шахт, еще предприятий.

Так и в окончательном постановлении СТО. «…Передать управление Ленинским и Южным районами Кузнецкого бассейна, а также Гурьевский завод правлению АИК Кузбасс».

Потом еще ноябрь двадцать шестого года. Рутгерс тяжела болен. Лечится в Голландии. В заместители ему Пятаков присылает выписанного из Донбасса «крупного администратора» Коробкина. С Коробкиным целый штат таких же «крупных специалистов». Сообща они прилежно разрушают колонию. Рутгерс из Голландии телеграфирует Куйбышеву. Иностранные рабочие — колонисты из Кемерова телеграфируют Куйбышеву. Коробкин со всем свое штатом отправляется под суд…

Всякий раз, когда тучи над колонией совсем-совсем сгущаются, а силы свои на пределе, Себальд Рутгерс, его помощники, продолжатели дела, призывают Куйбышева. Где бы Валериан Владимирович ни был — в ЦК, в Рабкрине, в ВСНХ. Призывают по праву своему бесспорному. Поручение Ленина…

= 26 =

В пятый день нового 1922 года Политбюро ЦК РКП (б) рассматривает просьбу коммуниста Куйбышева об отставке. С двух постов одновременно. В руководстве профсоюзами. В Высшем Совете народного хозяйства.

Без малейшей попытки прикрыть преследуемую цель. Превыше всего желательно ему быть начальником Глав- электро. Только Главэлектро!