Читаем Куйбышев полностью

1. Мы обязуемся провести это и к_о_л_л_е_к_т_и_в_н_о отвечаем за то, чтобы ехали в Россию только люди, способные и готовые сознательно вынести ряд тяжелых лишений, неизбежно связанных с восстановлением промышленности в стране, весьма отсталой и неслыханно разоренной.

2. Едущие в Россию обязуются работать с максимальным напряжением и наибольшей производительностью труда и дисциплиной, превышающими капиталистическую норму, ибо иначе опередить капитализм и даже догнать его Россия не в состоянии.

3. Обязуемся все случаи конфликтов без изъятия, какого бы рода эти конфликты ни были, передавать на окончательное решение высшей Соввласти России и добросовестно выполнять все ее решения.

4. Обязуемся не забывать крайнюю нервность голодных и измученных русских рабочих и крестьян вокруг нашего дела и всячески помогать им, чтобы создать дружные отношения, чтобы победить недоверие и зависть».

Еще Ленин — Куйбышеву. По прошествии одной недели.

«Вы видели вчера в СТО, как Рутгерс против нас выдвигает обвинения, против Вас сугубо. Дело это очень важное. Получит, несомненно, международную огласку… Очень прошу Вас записать или продиктовать нашей стенографистке (это меньше оторвет Вас от работы) весь ход дела, специально то, что Вы мне по телефону говорили…

Дело и в Цека поставлено. Точно и полно информировать и Цека и Профинтерн нам придется. Тов. Горбуцов устроит Вам с телефонисткой и пр.».

Вчера в СТО… На записке рукою Ленина дата: «30 сентября». Заседание Совета Труда и Обороны, где Себальд Юстинус Рутгерс, член корпуса королевских инженеров Голландии, держал угрожающую речь, состоялось также тридцатого сентября. В пятницу, в послеобеденные часы. А «вчера», потому что записку Ильич пишет поздно ночью, дома. К Валериану Владимировичу она попадет первого числа, уже октября.

По своей натуре Себальд Рутгерс — человек уравновешенный, сдержанный, необыкновенно доброжелатедь-ный. Инженер божьей милостью. В недалеком прошлом строитель Роттердамской гавани. Директор управления строительством дорог и мостов на Суматре. Главный представитель Голландско-индийской железнодорожной компании в Америке. И всего важнее — коммунист. Делегат Первого конгресса Коминтерна. Надежный, убежденный друг Страны Советов.

В июне 1921 года Рутгерс, американский профсоюзный деятель Кальверт, их давний знакомый по Нью-Йорку инженер Мартенс — он какое-то время был неофициальным представителем Советской России в США — посылают Ленину свой проект. План создания в Кузнецком каменноугольном бассейне индустриальной трудовой колонии иностранных, по преимуществу американских, рабочих. «Рабочие из капиталистических стран, — пишут авторы проекта, — создают образцовое предприятие без капиталистов, без эксплуататоров, отказываются от прибыли во имя общего блага».

Первый отклик Ленина самый благоприятный: «По существу. Я — за…»

Рутгерс во главе небольшой изыскательской экспедиции отправляется на Урал и в Сибирь. Теперь со дня на день можно ждать подписания договора.

Со дня на день… Рутгерс все чаще посещает Валериана Куйбышева. С ним начинались переговоры, он подготовлял текст договора «архиточного», как требовал Ильич. Нисколько не скрывая своего более чем сочувственного отношения к трудовой колонии иностранных рабочих.

Принимает Куйбышев, как всегда, любезно. Внимательно слушает. Терпеливо повторяет: «Погодите еще немного… Для общей пользы придется еще потерпеть». Достаточно проницательный, обладающий большим деловым опытом, Рутгерс улавливает — Куйбышев чего-то недоговаривает. Переговоры дружественные двух единомышленников, преследующих одну и ту же цель. Все же раньше времени Валериан Владимирович не вправе открыть, что вся вина за опостылевшие, раздражающие оттяжки на одном из авторов проекта, хорошем приятеле Рутгерса инженере Мартенсе.

При встрече с Лениным, при объяснениях с Куйбышевым Рутгерс уверенно называет Мартенса своим союзником, ссылается на его авторитет. А от Мартенса телеграмма с Урала, из Екатеринбурга. «Воздержаться решением плана Рутгерса до моего возвращения». Прислушаться, взять во внимание обязательно надо. Только не едет, не возвращается Мартенс. Сам назначает сроки, и сам отменяет.

Из положения весьма-весьма деликатного выходить Куйбышеву. Уговаривать Рутгерса, успокаивать его помощников — американцев Билля Хейвуда, Герберта Кальверта. — Увлекающихся, больше сентиментальных, чем деловитых. Склонных к обильным словоизвержениям.

Со дня на день… До тридцатого сентября. Ожесточившийся, вскипевший до неузнаваемости, Рутгерс говорит вовсе ненужное: «Вы поддаетесь саботажнику… мы ждать не хотим и не будем… мы не из-за денег стараемся…» Ночью Ленин пишет Валериану Куйбышеву…

Предписание Мартенсу: «Выехать немедленно и телеграфно сообщить время своего выезда».

Обнадеживающие строки Куйбышева: «…Все пункты подписки, которую Вы предложили для иммигрантов, приняты Рутгерсом и его товарищами без возражений».

Новый запрос Ленина: «Прошу Вас, в дополнение к материалу по делу Рутгерса, разъяснить еще…