Читаем Ксюха полностью

Мы поднялись чуть свет. Потому что уже ранним утром, как только первый луч лизнул землю, а на небе заалела ярко розовая полоса, Валера вошёл в быструю воду. Иван же осторожно вырулил машину с исходной за ним. На место въехавшей в воду машины тут же встал, ожидая своей очереди, Андрей. Я прикрыла сердце рукой. Так надёжнее — не выскочит. "Беглец", на переднем сидении не мигая и не пикая, смотрел перед собой. Вода давила на корпус "уаза", стараясь столкнуть препятствие со своего пути. Железо трещало, но не поддавалось. На уши давило буханье волн за окном… Провела ладонью по своему лбу, на нём выскочил пот. Я поняла, что у Ивана наверняка тоже. Достав дрожащей рукой платок, я, торопливо сзади, вытерла ему заливающие глаза едкие ручьи. Иван, не оборачиваясь, вместо благодарности, гаркнул, чтоб села на место и не нарушала баланс салона. Наконец мы выскочили из водной пучины и, пройдя по берегу вправо, пошли по пологому подъёму вверх. Только машина зашла в лес, как Иван тормознул и, выскочив из неё, упал в траву. Следом вывались и мы с Женькой. Я оглядываюсь. Позади нас осталась река, и на том берегу неподвижной точкой стояла машина. Привалилась спиной к сосне, но на дрожащих ногах не устояла и сползла по стволу вниз. Глаза наблюдали, как с машины и прицепа стекала вода. Всё упаковано на такой случай в резиновые мешки и сверху затянуто клеёнкой. Очухавшись, достала бутылку воды и подскочила к Ивану "Пей!" А потом метнулась, забыв, что рядом река, к Валере лежащему на берегу. Там уже колдовала Потаповна. Тот, отлежавшись и сжевав с чаем из термоса бутерброд, поднялся. Ему идти на тот берег и гнать вторую машину обратно. Хотелось бы управиться до темноты. Мать стояла на берегу крестя сына. Я тоже осенила его крестом. Оказывается переход — не лёгкий трюк, а он не трёхжильный. Мы лежали на животах на краю обрыва и наблюдали за переправой. Перейдя реку и отдохнув, охотник отправился в обратный путь. Почти на самой середине Андрей вильнул и машина накренясь нависла над подводной пропастью. Мы вскочили и понеслись на берег. Но Валера, предвидя наш психоз, дал знак не вмешиваться. Было видно, как он напрягает все силы. Не выпуская палку из рук, он отплыл назад. Нащупал ногами брод и показал Андрею на сколько он должен отъехать назад. Теперь над пропастью повисло правое заднее колесо. Из машины послышался опять Юлькин визг. Валера вновь поплыл вперёд. И встав перед капотом, по сантиметру принялся выводить машину на берег. Машина, минуя нас, помчала наверх, а мы, подхватив Валеру под руки, двинулись следом. На верху, белый, как полотно народ, валялся по обе стороны машины в траве. Потаповна увела сына переодеваться. Юлька сев в траве, замолотила кулаками землю, и вызывающе выводя ругательства, заплакала.

— Идиоты, дураки, кретины… Обратно вертолёт вызовите, я этим опасным путём возвращаться не собираюсь.

— Ладно, — усмехнулся Иван, — так и быть уговорила. Будет всё путём, соорудим канатную дорогу, привяжем тебя к плащ-палатке и перекинем на тот берег. Чем не выход, без хлопот.

Неподвижно лежащий Андрей захохотал. Все облегчённо заулыбались, кажется, его отпустило.

— Ты не нормальный… Вы оба с Ксюхой чокнутые, как я дала себя уговорить… — Верещала Юлька.

Я поражалась её артистичности, всё в её росказнях выглядело так, как будто Юльку действительно умоляли поехать, почти таща насильно. Мне даже становится весело.

— Чья бы корова мычала. Кто тебя уговаривал… Сама попёрлась. Наверняка побоялась, что Потаповна Андрея уведёт. Так к кому теперь претензии, карауль. — Беззлобно огрызнулся Иван под скрытый смешок мужиков. Василий и тот улыбнулся придерживая рукой живот. Конечно, болит и он только бодрится.