Читаем Ксюха полностью

Иван велел Потаповне дать ему одежду и накормить. Парень сказал, что зовут его Женя. Больше спрашивать ничего не стали. Захочет, расскажет. А пока велели впрягаться в общее дело. Перед тем как затушить костёр сожгли в нём тюремную робу. Вернулся Петька с сообщением — нашли брод. Иван, отозвав его в сторонку, велел забрать оружие из тайника. Выстроившись в колонну машины, подошли к воде. Охотник переводил их по одной. Шли по метру. Шаг вправо, шаг влево обрыв. Оказавшись на берегу, не сдерживая эмоций, бросились обниматься. Все понимали: прошли, значит, карта верна. Отдохнув и сверив путь по пунктиру на карте отправились дальше. Валера с Иваном, взяв в свою машину, зорко присматривали за "бегунком". Похоже, парень был рад, что его пригрели. Хотя куда ему деваться в тайге, без припасов, документов, ружьишка и карты, да будучи в розыске. А с нами шанс выжить. Но все понимали: опасность была и жалило сомнение. Вдруг он не так прост, как кажется. Как говорят: в тихом омуте больше чертей. Вдруг он прилип, чтоб стянуть документы, разжиться оружием и харчами. Василий знает этот контингент, как свои пять пальцев. Надо чтоб он к нему присмотрелся. Опять же, боялись за здоровье Василия, но Андрей заверил, что обойдётся. Петька, которому он спас жизнь, хлопотал возле мужика больше всех. Похоже, Василий действительно постепенно выкарабкается. Жизнь и судьбы по квадратикам не расчертишь. Вроде бы казалось сидеть ему на самой нижней веточки и не чирикать. Пыль, мусор, отбросы. Но вот вилочная ситуация и ты видишь, что перед тобой даже не камешек на дороге, а скала. Это радует. Сильных духом людей не так уж и много. Как правило, большую часть жизнь кидает через колено: пряником или болью, но ломает. Поэтому с беглеца Жени не спуская глаз давали шанс. На ночь брал его к себе охотник. Сконфуженный бегством того, Валера, держал объект на короткой верёвочке и под прицелом. Сквозь чуткий сон он почувствовал, как парень озираясь встал и, поковырявшись в вещах его, достал нужную ему вещь, удовлетворённо хмыкнув, вышел из палатки. Охотник осторожно высунулся за ним. Тот сел на пенёк. Развернулся к свету луны. Занятый просмотром того, что изъял из вещей Валеры, он просмотрел выросшего за спиной охотника. Парень крутил предмет в руках, припечатывая к уху. Хмыкал и смыкал, тыча пальцами в то, что держал в руке. "Это же мобильник? Вот любопытный стервец". Валера, неслышно подойдя сзади, навис над ним.

— Что ты делаешь?

Парень ойкнул и выронил телефон.

— Ты зачем взял? — дал ему лапищей шлепок под загривок охотник.

— Прости. Я посмотреть хотел. Не воровал. Интересно. Я б положил на место.

— Спросить слабо?

Парень потупясь молчал.

— Василий тоже зону прошёл. Полжизни оттрубил на лесозаготовках. А по людским законам жить не разучился.

В ответ ни звука…

— Библию читал. Про ни укради, слышал. Так чего ж?

— Дяденька не выгоняйте…

— Племяш нашёлся. Марш спать.

Нас опять поднял волшебными красками расписанный рассвет. Сказочная природа давала нам чувствовать себя сильными. Вселяла в душу невыразимую радость, внушала бодрость. Настраивала на полёт. Наверное, нет на свете красоты, способной затмить красоту, величие, и волшебство могучей сибирской природы.

За день добрались до второго брода. Уже не так волновались, знали — он есть. К тому же река была не широкой, и с первого взгляда спокойной. Прикинув, решили без отдыха миновать брод. Привал устроить на той стороне. Шли по — прежнему сценарию. Поиск. Разведка. Сама переправа. До темна осилили. Остановились опять не на берегу, а недалече в лесу на поляне. Так надёжнее, случись появиться лодке на воде, людей с реки не разглядеть. Дежурил у костра Андрей с Петровичем, долго крутился около них Петька. Того путешествие распирало не давая спокойно спать. Мне в глаза бросилась Юлька, опять принялась искать пятый угол, карауля Ивана. "Ну что за паразитка!" Придётся держать на крючке. Холодная вода мало помогла. Кипит, как самовар. Иван нырнул в лес. И эта курица следом. Я, вытащив палку, за ней. Не прошла и десяти шагов, как упёрлась в них. Иван стоял у дерева делая свои дела, а эта больная сверлила своим глазомером его спину. Размахнувшись, я грохнула палкой по её мягкому месту. Она взвилась от неожиданности и заверещала видимо от боли. Иван обернулся и, остолбенев, всё же быстро справился с эмоциями, в своей манере рассмеявшись. Я махнула ему рукой, чтоб шёл отсюда. Юлька уткнувшись в моё плечо расплакалась. — Прости. Всё как — то плохо получилось… Я — свинья и эгоистка, знаю, можешь не говорить. Мне плохо.

— Охотно верю. Заткнуться попробуй.

— Не могу…

От её слов, слёз по мне прошла оттепель, и я примирительно спросила:

— С чего ты завелась?

— Потрясающий мужик. Я как подумаю, разум теряю.

— Ну барышня, если так рассуждать… Мало ли я у кого чего вижу мне приглянувшееся…

— Согласись, что не стоит отказывать себе в удовольствии, тем более у меня есть возможность его получить. Глупо же сидеть и ждать от моря погоды. Радоваться: вот спасибо подвернулось.