Читаем Кровавые легенды. Европа полностью

Савар первым ступил на лестницу и сошел в воду. Я следом. Оглянулся на Руже, мазнул взглядом по толпе, выхватив из нее подрядчика по спасательным работам и пожилого аббата. Силуэт аббата меня немного встревожил, но я заставил себя мысленно улыбнуться: «Идите домой, падре, ваши услуги не понадобятся».

Я погрузился в озеро.

И сразу стал на порядок легче. Вдохнул, прислушиваясь к слабому свисту, выдохнул – регулятор тихо зашепелявил, и стайка пузырей взвилась вверх. Я подождал, обвыкаясь в холодной воде. Выверил балласт, кувыркнулся и нырнул в темную шахту вдогонку Савару.

Перебирая руками, я проплыл мимо скальных выступов. Канат между мной и Саваром натянулся: напарнику не терпелось добраться до грузила. Если мы не справимся – на разведку пойдет следующая двойка ныряльщиков. Уверен, Савар и не допускал подобной мысли. Я ускорился, намереваясь его догнать.

Преодолевая каменистые склоны, Савар двигался вниз. Он оглянулся, увидел меня и кивнул. Мы могли общаться лишь так: кивками и жестами.

Угольное отверстие, в которое мы спускались, в неуверенном свете фонарей сужалось и расширялось, сужалось и расширялось, как при дыхании. Луч моего фонаря бескровно прошивал насквозь прозрачную известковую воду – ни окунька, ни взвешенных частиц, которые обозначили бы световую дорожку, – и расплющивался, упираясь в скалу.

Балласт тащил меня вглубь источника. Целеустремленность Савара передалась и мне – захотелось быстрее достичь дна, найти сифон и проникнуть в тайник. Но мной руководил не только азарт – подспудная тревога. Холодное дыхание грота окутывало с головы до пят, и подчас я хватался за канат, связывающий нас с поверхностью, слишком рьяно и сильно.

Теперь мы мчались вперед плечом к плечу. Замедлялись, чтобы нырнуть под выступы, нащупывали потолок и снова устремлялись вниз. Ровные участки заканчивались очередным выступом. Мы подныривали и плыли. Все дальше и дальше.

Савар неожиданно остановился. Я подплыл и увидел чушку.

Грузило отдыхало на остром уступе и казалось маленьким чугунным божеством. Чем-то неправильным, неуместным здесь. Мои мысли сделались сбивчивыми и зыбкими. Я пытался понять, что делать дальше. Зачем здесь эта чушка? Что она значит? Я глянул на Савара: он выглядел растерянным и как-то изменился. Неуловимо, совсем чуть-чуть… Я напряг всю умственную энергию, и у меня получилось. С плеча Савара исчез запасной канат. Видимо, потерялся по пути. Но почему я, плывущий все время следом, заметил это только сейчас?