Читаем Кровь героев полностью

Только можно ли ради великого дела пойти на подлость, а то, что это будет именно подлость, он в том не сомневался? И как жить после этого? Христианам-то хорошо… Он вспомнил отца Никодима, того самого, с кем время от времени попивал «кровь Христову». Им-то здорово: согрешил, покаялся и все-ничего. Как с гуся вода… Снова чистенький… А ему-то как? Всю оставшуюся жизнь на совести жизнь этих двух девчушек носить…

А князь? С ним что?

Тут ведь как не смотри, с какого боку не подступай, а гадость они князю учинили, если это, конечно его люди. Принцессы девицы или нет, а ждал он их — встречать людей с почетом выслал. А они ему все испортили. Тяжело договариваться будет. Хотя, если его еще разочек пугануть, может быть и посговорчивее князь станет…

Решение пришло…

Он, по-доброму прищурившись, посмотрел на них и на ковер, потом опять перевел взгляд на девушек.

— Вы на него злобу имеете и у нас к нему интерес есть…

— Какой?

— Дело тайное, — встрял Исин, нахмурив брови. — Не всякому говорить можно.

Гаврила махнул рукой.

— Да чего уж там… Есть у него одна вещица, нашему князю очень потребная. Найти её надо и отобрать…

— Золото? — понимающе усмехнулась Анна.

— Дороже, — вернул усмешку Исин.

— И как это все будет?

— Мы их сейчас нагоним и наше отберем, — сказала вторая Анна. — А потом отвезем вас к нему и…

— …и он нам все сам отдаст… — непонятным тоном, то ли смеясь, то ли и в самом деле так думая закончил Избор.

— Ну да….

«А черт с ним, с князем-то..- подумал Гаврила. — Догоним, тогда девичье отберем, а потом сразу к князю, за своим! А потом разберемся!»

Ковер разгонялся медленно, с натугой, словно через силу…

Гаврила чувствовал это, да и каждый, кто сидел на нем по суетливому ерзанью ковра чувствовали, что тот движется.

— Ничего, — сказал Гаврила. — Мы им сейчас…

Они невысоко поднялись над деревьями, что их и спасло от неприятностей. Ковер дернулся, по нему пробежала волна-судорога, как если б он из последних сил хотел что-то сделать для своих седоков, и они всем скопом рухнули на траву…

Стряхнув с себя одну из невесомых почти девчонок, Избор поднялся, оглядываясь. Голубое и зеленое в глазах прекратило прыгать и метаться. На земле от веку спокойно: трава, кустики, цветочки. Солнышко в небе. Запутавшийся в ветках ковер висел недалеко безжизненный и неподвижный.

— Кончили воевать, — просипел снизу Хазарин.

— Теперь не догоним… — подвел итог приключению Гаврила и, заглянув в закипающие слезами глаза одной из девиц, поправился.

— Мы их, гадов, по-другому достанем…

Солнце еще не миновало половины своего пути, как они оказались на своей полянке с чудесным камнем. Все шло к тому, что они должны будут друг другу помочь. Подумав над тем, что случилось, Гаврила уверил себя, что ни один нормальный князь такую сильную реликвию, как кровь Святогора, на такую худосочную девицу менять не станет. Даже за двух девиц не отдаст. А попробуют они прийти к нему с этим предложением либо засмеёт в глаза, либо, если и впрямь эти девицы ему потребны, просто поубивает своих незваных гостей и дело с концом. Ну а с девицами поступит сообразно своим желаниям.

Так что по любому выходило, что придется им вместе какое-то время побыть и помочь друг другу. Только вот как? Как этим девочкам объяснить то, что сейчас на их глазах их станет вдвое, втрое, а то и вчетверо больше?

— Тут у нас такое дело, — несколько смущаясь, начал Гаврила. Он посмотрел на товарищей, на камень, придумывая слова, чтоб не напугать насмерть этих девчонок. Такое ведь не всякий взрослый ум выдержит, а тут две соплюшки. Еще умом двинутся или не пойми что подумают…

— Есть у нас одна диковина…

Рука сама собой потянулась к затылку.

— Да что ты их водишь туда-сюда, как телка на веревочке… — оборвал его Избор. — Вот смотрите, что у нас есть…

Трава под его шагом зашелестела, треснули ветки. На глазах у девушек он зашел за камень, махнул им рукой и сделал шаг вперед. Мгновение и фигура пинского воеводы словно бы расплылась, расширилась и… Из камня вышло уже двое воевод.

Одна из девчонок закусила кулачок, чтоб не вскрикнуть, а вторая, сглотнув ком в горле, спросила.

— Который настоящий?

— Оба настоящие, — ответил правый воевода.

— Одно плохо, — добавил второй. — Недолговечен. Как солнце закатится — все…

— Что все? — спросила вторая, вынув кулачок изо рта.

— Один останусь, — хором ответили Изборы. От этого хора они посмотрели друг на друга, одинаковым движением пожали плечами и, словно извиняясь, также хором поправились:

— Из двоих опять один останется…

Не давая девчонкам задуматься над происходящим, Гаврила подхватил:

— У вас диковина и у нас диковина. Кабы нам эти диковины сложить, то мы все дела переделаем. Как на это посмотрите?

Принцессы переглянулись.

Анна пришла в себя первой. Императорская кровь все-таки. Медленно поднявшись, она подошла к камню. От него тянуло теплом как от обычной каменной дворцовой стены. До волшебства оставался шаг. Всего один шаг, но чтоб его сделать, нужно собраться с духом.

— Анна!

Подруга подошла к ней и взяла за руку.