Читаем Кровь героев полностью

Новая охапка стрел летела на них, собираясь вычеркнуть из жизни. Снова грохнул кулак и небо очистилось. За спиной неразборчиво заорали на три голоса. Оборачиваться Гаврила не стал.

— Что там?

Глаза ловили движение на краю леса.

— Зовут, — отозвался Избор. — Видно нашли…

— Ты первый. Давай!

Избор не стал спорить, а припустил к обломкам. Гаврила через несколько мгновений поступил также. Наученные жизнью, стрелки из леса молчали.

Ковер уже лежал на траве, а на нем, притопывая от нетерпения сапожищами, топтался хазарин. Он махал руками, то ли зазывая товарищей, то ли помогал ковру взлетать. Девицы у него за спиной стояли на коленях, сдвинув головы.

В три прыжка герои оказались на ковре и….

Вот только что под ногой чувствовалась изменчивая твердость земли — где песок, где ямка, где травяная кочка, а тут в единый миг ткань стала твердой, как камень, напряглась и взмыла вверх.

Движение возникло настолько стремительно, что Избор не удержался, сделав шаг в сторону, резко присел, едва не свалившись. А вот Гавриле повезло меньше — откуда-то сбоку долетело:

— Тпру… — и воевода увидел, как, сшибая какие-то узлы, Масленников покатился к краю ковра и пропал за ним. Краем глаза Избор уже видел верхушки деревьев, оставшиеся внизу, и прыгнул к товарищу. Его руку он поймал уже налету и, закряхтев от навалившейся тяжести, вцепился пальцами своей в шерсть ковра.

— Исин!

На земле, там, где они только что стояли, уже крутились чужие всадники. Кто-то посмелее или поглупее уже натягивал луки.

Исин обернулся с радостной улыбкой, но в одно мгновение радость переплавилась в ужас.

— Быстрей отсюда! Торопи девок!

Там, внизу, натягивали луки, а отвечать на стрельбу у них было некому — мечами только грозить, а Гавриловы руки держали хозяина и ничем другим заниматься не могли.

Девицы что-то уразумели, а может быть и сам ковер что-то сообразил. Он рванулся в сторону, потом резко опустился, снова взмыл. Их болтало, словно горошины в кувшине. Гаврила вообще метался под ковром, как коровий хвост, мычал и пытался дотянуться второй рукой до товарища. Дотянулся….

Избор затащил его наверх и откинулся. Когда Гаврила все-таки поднялся на ноги, дорога уже исчезла с глаз.

Утвердившись на коленях, киевлянин все смотрел назад. Там, за кронами деревьев, все еще мелькали всадники, ломали воздух злые стрелы. Ковер им явно ученый достался, а может быть умными людьми деланный, вильнул пару раз, словно стряхивал погоню с хвоста, удаляясь туда, докуда уже не долетали ни крики отчаявшихся всадников, ни стрелы. Масленников вздохнул и оборотился к друзьям. Взгляд пробежал по лицам, не останавливаясь, а отыскивая беду. Нет. Вроде бы все нормально… — все целы, никто не трясет окровавленным руками и не стонет от боли. Даже нововспасенные девицы вели себя правильно: сидели и молчали, хотя глаза у каждой были как у надутой лягушки.

— Испугались? — спросил Гаврила, растирая плечо. — Ну ничего. Все плохое там осталось.

Он махнул рукой в сторону, покривился лицом.

— Так мы победили? — спросила та, что была побойчее. — Мы или нас?

— Мы, — твердо сказал Исин. — Мы победили и не сбежали вовсе, а улетели оттуда на манер грозных колдунов.

Вторая дева неловко улыбнулась, явно примеряя слова «грозные колдуны» на себя.

— К тому же я им еще и на голову наплевал сверху, — добавил хазарин, сообразив, что Гаврилову-то работу девицы видели, а вот его трудов могли и не заметить. — Так что не сомневайтесь. Полная наша победа вышла.

Он еще хотел немного сказать о том, как Избор себя проявил, но дева вдруг спросила изменившимся голосом.

— Тут мешки лежали…

Глаза у неё стали еще больше и словно ледяным стеклом покрылись.

— Где мешок?

Избор сразу сообразил, что таким голосом говорят, когда теряют самое дорогое, если не последнее.

— Какой еще мешок? — небрежно отмахнулся Исин. — Тут чуть жизнь не потеряли, а она — мешок.

Ответ этот девицу явно не устроил и Исин добавил.

— Упустили, верно, в такой-то суматохе…

— Где мой мешок! — повторила дева голосом, от которого у Гаврилы по спине мурашки побежали.

— Да что там у неё? Неужто приданное? — поинтересовался Исин у её подружки.

— Что нужно, то и есть, — отрезала девица, окатив хазарина ледяным взглядом.

— Мешок, похоже, и впрямь там остался, — примирительно сказал Избор. — Мешок-то не голова. Мешок можно новый найти…

Он вспомнил, как киевлянин барахтался под ковром и ухмыльнулся. Тогда вот, наверное, и мешок потеряли. Ей-ей не до мешков в тот момент.

— Давай-ка считать, что мы за тот мешок всем нам по жизни купили, — продолжил пинский воевода. Дева вздохнула раз, другой… Она еще вертела головой, надеясь на чудо, но то не спешило наведаться на полянку.

— Мне нужен этот мешок! — сказала она, как припечатала. — Его надо найти!

— Найти и отобрать! — добродушно поправил ее хазарин, принимая девичье желание за обычный женский каприз. Мало ли какая блажь в бабью голову залетит?

— Эти ребята добром ничего не отдадут.

Он доверительно наклонился к подруге.

— Там таки-и-и-и-е рожи…

Хазарская голова качнулась туда-сюда, не в состоянии передать наплыва всех хазарских чувств.

— Я видел.