Читаем Кривой дом полностью

— Были ли выплачены эти десять тысяч долларов?

— Да.

— Какими купюрами?

— Пятидесяти- и стодолларовыми бумажками.

— Что вы сделали с ними?

— Положил в банк.

— В банк, где у вас открыт счет?

— Нет. В другой. Я пошел в банк, где меня не знали, сказал им, что хочу открыть счет.

— На чье имя?

— Энтони Блейка.

— Вы говорили об этом кому-нибудь?

— Нет. Только вам, сегодня утром.

Бартер посмотрел на Мейсона.

— Что вы па это скажете, Мейсон?

— Я хочу задать ему пару вопросов.

— Не думаю, что здесь время и место вопросам,— возразил прокурор.— Это не суд. Повторяю, я только открыл карты, чтобы вы убедились, какой информацией я располагаю.

Мейсон, не обращая внимания на Бартера, обратился к Маттерну:

— Я полагаю, Маттерн, окружной прокурор найдет этот фиктивный счет и попросит у вас объяснений.

— Он не найдет ничего подобного,— с негодованием возразил Маттерн.— Никто ничего не знает об этом. Моя совесть начала тревожить меня, и я, наконец, пришел к окружному прокурору, чтобы объяснить все.

Мейсон повернулся к Бартеру.

— Вы должны знать, что произошло в действительности. Маттерн знал, что Тидингс мертв. Он признался мне в этом, как и в том, что узнал об этом рано утром во вторник. Болус, президент «Вестерн Проспектинг Компани», хотел сбыть свои акции. Он предложил Маттерну десять тысяч долларов за совершение сделки. Я знал, что в вашей упряжке Маттерн может придумать все что угодно, но вы можете проверить все банковские операции. Маттерн знал, что попался, и придумал свою версию.

— Это ложь! — закричал Маттерн.

— Вы должны отказаться от ваших фокусов, Мейсон,-—сказал Бартер.— Я разговаривал с Эмери Болусом. Это правда, что он продал личные акции. Полагаю, он вправе был сделать это, но он ничего не знает пи о каких десяти тысячах долларов, так же как не знал, что Тидингс был мертв в момент совершения сделки. Вам придется давать объяснения.

— А Болус,— холодно продолжал Мейсон,— консультировался со своим адвокатом. Болус знал, что по закону о корпорациях сделка аннулируется, если основной ее участник мертв к моменту ее совершения. Я действовал как представитель Бирл Гейлорд. Маттерн действовал как агент Тидингса, который является опекуном Бирл Гейлорд. Болус настаивает на законности сделки, и он обещал дать Маттерну крупную сумму, если тот будет держаться за свою версию. Это дает Болусу возможность оставить деньги Тидингса у себя, хотя его акции, возможно, ничего не стоят.

— Это попытка извратить факты,— холодно парировал прокурор,— но, к несчастью, факты говорят не в вашу пользу.

— Хорошо,— сказал Мейсон,— Подойдем к делу с другой стороны. Как насчет вас, миссис Тамп? Вы ведь наняли меня представлять интересы Бирл Гейлорд. Вам известно, когда вы пришли ко мне. Когда это было? Надеюсь, вы помните?

— Я обратилась к вам во вторник утром. Полагаю, это было около десяти часов утра. Но вы знали, что я обращусь к вам и что вам придется представлять интересы Бирл Гейлорд.

— Бог мой, откуда я мог знать это? Я же не телепат!

— Вы знали это от Роберта Пелтхема,— сказала она.— Вы поддерживали с ним связь с самого начала. Вы не станете отрицать, что Роберт Пелтхем был у вас и предложил защищать его интересы в понедельник вечером?

— Что заставляет вас думать, что это так? — спросил Мейсон.

— Он сам сказал мне...

.— Не отвечайте на этот вопрос,— перебил ее Барrep.— Мы здесь не для того, чтобы снабжать мистера Мейсона удобной для него информацией.

— Какова цель этой беседы? — невинно поинтересовался Мейсон.

— Я хочу, чтобы вы поняли: мой долг — выдать ордер на ваш арест по обвинению в преступном сговоре и соучастии в преступлении.

— В каком преступлении?

— В убийстве Альберта Тидингса!

— Понимаю,— холодно сказал Мейсон.— И с кем же я был в сговоре?

— С Робертом Пелтхемом.

— О, так теперь оказывается, что он убийца? — спросит Мейсон.

— Вы знаете это.

— Откуда?

— Он сказал вам это ночью в понедельник или рано утром во вторник. Вы устроили алиби Пелтхему и его любовнице. Чтобы сделать алиби весомым, вы настаивали, что Тидингс утром во вторник был жив, и хотели доказать, что он был убит лишь во вторник днем. Все свидетельствуют об этом, Мейсон. Улики против вас, так же как и заявление Маттерна. Я чувствую, что мой долг—арестовать вас, если вы не докажете, что не виновны.

— А как я могу убедить вас? — развел руками Мейсон.— Мне не разрешается задавать свидетелям вопросы. Я не могу узнать, что известно вам. Вы связали меня по рукам и ногам.

— Нет. Если вы не виновны, вам незачем устраивать свидетелям перекрестный допрос. Вы можете просто сделать правдивое и откровенное заявление.

— Я не могу этого сделать.

— Почему же?

— Потому что это нарушит доверие моего клиента.

— Вы отказываетесь признать, что Роберт Пелтхем был у вас после полуночи в понедельник?

— Я не дам вам никакой информации, которая может повредить моему клиенту.

— В таком случае считаю беседу законченной,— сказал прокурор.— У меня есть доказательство, свидетельствующее о любовной связи Пелтхема с женой Тидингса. И Тидингс отказался дать ей развод. Из-за этого он был убит.

— Когда?

— В четверть двенадцатого в понедельник.