Читаем Кривой дом полностью

— Почему вы не открыли карты в первый свой визит ко мне?

— Я открыл.

— Да, конечно,— саркастически заметил Мейсон,— Вы и ваша замаскированная подруга. Какого черта вы мне не сказали, что Тидингс был мертв?

— Потому что я не знал этого.

— Чушь! А почему вы мне не сказали, что я должен представлять интересы миссис Тидингс? Тогда я мог бы работать, а не размениваться по мелочам.

— Вы действовали великолепно.

— Это вы так думаете,— сказал Мейсон.— Теперь послушайте меня. Время дорого. Я хочу, чтобы вы сделали все в точности так, как я вам скажу... Вы умерли, ясно?

— Что вы имеете в виду?

— То, что вы слышите. Вы умерли. Вы убиты.

— Мейсон, неужели вы не понимаете? — нетерпеливо перебил его Пелтхем.— Я хочу, чтобы вы защищали миссис Тидингс. 51...

— Я и защищаю ее,— отрезал Мейсон и многозначительно добавил: — Теперь уже защищаю.

— А раньше — нет?

— Как я мог? Я же действовал вслепую. Почему вы одобрили то, что я взял дело Бирл Гейлорд?

— Я о пей все знаю. Тидингс был ее опекуном. Вы, видимо, уже слышали, что там огромная растрата.

— Как случилось, что вы узнали об этом?

— Через миссис Тамп. Миссис Тамп что-то вроде крестной для Бирл, вывезла ее из России, привезла сюда... Она готова ради нее на все. Ребенок попал в приют, где она была временно, а...

— И вы считали, что в защите интересов Бирл Гейлорд кет ничего, что могло бы повредить миссис Тидингс?

— Да.

— Вы лично знаете Бирл Гейлорд?

— Нет. Я знаю о ней только со слов миссис Тамп.

— Та к знайте, что Бирл Гейлорд — дешевая карьеристка, что она пыталась помешать Адели Гастингс, что она хочет отбить юношу, к которому неравнодушна Адель Гастингс.

— Бирл Гейлорд?! — Пелтхем был изумлен.

Мейсон кивнул.

— Ну, я не могу в это поверить! Адель никогда ни слова не говорила мне об этом.

— Она была бы последним человеком, если бы рассказала об этом хоть кому-нибудь, особенно вам,— заметил Мейсон.

— Но ваш вопрос об этом был (направлен через нее.

— Хорошо, не будем спорить. Дело сделано. Теперь поздно говорить. Что для вас Надин Тидингс?

— А как вы думаете?

— Я не думаю— я хочу знать.

Пелтхем выдержал его взгляд и твердо сказал:

— Для меня она — все на свете.

— А Адель Гастингс?

— Я вас не понял.

— Что она для вас?

— Ничего. Мы просто друзья. И все. Она отличная •девушка. Я всегда восхищался ею, но не более.

— Она знает о ваших чувствах к миссис Тидингс?

— Конечно нет. Об этом никто не знает. Все неприятности из-за того, что это тайна.

— Почему?—спросил Мейсон.

— Из-за этого все и произошло. Разве вы не понимаете? Я был вместе с Тидингсом в числе опекунов больницы. Тидингс ненавидел меня. Там обнаружена растрата. Тидингс мог бы все свалить на меня: дескать, я хочу засадить его, чтобы отбить у него жену. Надин хотела получить развод. Тидингс мог вывалять всю ее — не только ее имя! — в грязи.

— И вы придумали весь этот безумный план, чтобы спасти миссис Тидингс?

— Конечно. А он так плох?

— Нет, хорош,— сухо сказал Мейсон.— Полиция взяла миссис Тидингс к себе на час или два. Они собираются обвинить ее в убийстве первой степени. Всего лишь!

— Не вижу, как они могут связать Надин с этим делом. У нее безупречное алиби.

— Сейчас я вам объясню, где и как вы натворили кучу ошибок... Кое-кто узнал о смерти Тидингса, а также где находится тело. Каждый сделал это открытие самостоятельно и начал защищать себя, готовя алиби,

— Ну и что? — спросил Пелтхем.

— Сейчас все эти алиби рассматривает окружной прокурор. Это математический ключ. Кроме убийцы Тидингса, никто точно не знает, когда он был убит. Каждый думает, что Тидингс был убит незадолго до того, как он или она обнаружили его тело... Следовательно, окружному прокурору остается сложить все алиби по времени, и он все вычислит. Mиссиc Тидингс начала свое алиби с понедельника... Можете представить себе, что это означает.

Пелтхем нахмурился.

— Окружному прокурору есть что сказать присяжным. У вас трогательная, но тайная любовь с Надин Тидингс. Тайные встречи. Вы взяли фамилию Хашмен, а она «миссис Хашмен»... Вы...

— Боже мой! Кто узнал об этом?

— Окружной прокурор. Вы думаете, он дурак?

Пелтхем молча смотрел на Мейсона.

— Тидингс тоже мог знать это. Он...

— Нет, он не знал. Клянусь, он не знал.

— Я говорю вам то, что скажет присяжным окружной прокурор. У вас было назначено свидание с Надин Тидингс у нее дома. Альберт Тидингс юридически все еще является мужем. Вы решили убить его, придумали всю эту историю, чтобы спасти честное имя Надин Тидингс, а заодно и свою жизнь, а позже женились бы на ней.

— Клянусь вам, что это неправда! Я готов присягнуть...

— Успокойтесь. Меня вам незачем убеждать.

— Но я хочу вас убедить.