Читаем Крёстный сын полностью

Ив в свое время серьезно подумывала, не остановить ли выбор на нем, но сдержалась. У родителей Кайла, помимо него имелась куча детей, и девушка опасалась, что ее симпатия может навлечь гнев Правителя на все это многочисленное и небогатое семейство. Кайл, едва увидев Евангелину, стал горячим поклонником прекрасной леди, и это, конечно же, не укрылось от зорких глаз остальных гвардейцев. В результате не проходило дня, чтобы кто-нибудь не начинал вышучивать его безответную любовь и ее "ледяной" предмет. Поначалу Кайл сердился и пытался защищать девушку, но постепенно смирился, почти ежедневно сталкиваясь с холодностью дочери Правителя и полным ее нежеланием замечать скромного гвардейца. В конце концов он даже стал смеяться над шутками своего лучшего друга Шона, когда тот прохаживался по адресу Ледяной девы. Ив, которой нравилось, когда Кайл защищал ее, один раз случайно подслушала его разговор о ней с Шоном, и тут же потеряла всякий интерес к синеглазому "красавчику".

Теперь дни Филипа строились так: он завтракал и обедал вместе с крестным, по утрам занимался в Тренировочном зале с гвардейцами, а во второй половине дня Правитель обычно повышал его уровень образованности. Вечера молодой человек проводил либо за книгами у себя в башне, либо за веселой пирушкой в казарме у гвардейцев, а иногда совершал одинокие прогулки по саду. Правитель был очень доволен. Сын его друга оказался умным и заинтересованным учеником. В военном деле он смыслил на удивление много, причем бОльшая часть этих знаний была получена самостоятельно во время организации разбойничьих набегов. Правителю оставалось лишь жалеть, что способности крестника столько лет пропадали зря или использовались не там где надо. Он несколько раз пытался выспросить у Филипа о причинах конфликта с отцом, но тот всякий раз мрачнел и уходил от ответа. В конце концов эти попытки в связи с их бесплодностью пришлось прекратить.

Когда крестный, наконец, отстал с разговорами об отце, молодой человек вздохнул с облегчением. Что толку откровенничать со стариком? Правым для него всегда будет лучший друг, а не его беспутный сынок, бывший разбойник. Да и с собственной дочерью отношения у Правителя, судя по всему, еще те. Не стоит обольщаться насчет его способностей папаши-воспитателя.

На эти мысли Филипа навел разговор с новыми друзьями во время очередной пирушки в казармах. Гвардейцы сидели за длинным столом в просторной общей комнате. Выпили в тот вечер немало, это было скорее правилом, нежели исключением на подобных сборищах. Большинство присутствующих принялось горланить песни малоприличного содержания. Ив любила их послушать, она прекрасно отдавала себе отчет в художественных достоинствах этих опусов, но не упускала возможности посмеяться. На сей раз девушка вслушивалась не в слова песни, а в разговор, который вели Филип, Шон и Кайл, на ее счастье сидевшие неподалеку от потайного глазка, к которому она приникла.

-- Ну, как, все еще не присмотрел себе подружку при дворе? -- поинтересовался у нового друга Шон.

-- Нет. У меня их было столько... Хочется найти что-то особенное... -- придав голосу равнодушия, ответил Филип, изо всех сил борясь с наступающей эрекцией. -- Да и устал я от них, пора сделать перерыв.

-- Дело твое. Передумаешь -- могу порекомендовать парочку девиц без лишней скромности. Впрочем, подозреваю, с тобой ни одна скромничать не будет.

-- Угадал, скромницы мне как-то не попадались. А может, у меня чутье и я их просто-напросто за милю обхожу.

-- Только не рассказывай, что ты и девственности ни одну не лишил.

-- Издеваешься? -- рассмеялся Филип. -- Уж тебе-то, Шон, наверняка известно, что девственница и скромница -- не одно и то же.

-- А тебе удалось, наконец, увидеть дочку Старикана (так гвардейцы именовали между собой Правителя)? -- спросил Кайл.

-- Опасаешься за свою зазнобу? -- ехидно поинтересовался Шон.

-- Не волнуйся, Кайл, он ее от меня прячет, -- хмыкнул Филип, с облегчением почувствовав, что при упоминании запретной девицы член стал успокаиваться.

-- Вот это действительно нечто особенное, -- с воодушевлением продолжал Кайл, привычно не обращая внимания на шпильки Шона.

-- Да, -- подтвердил тот с иронией, -- по части стервозности точно. Думаю, не он ее от тебя прячет, а она сама не хочет показываться и, скорее всего, в пику ему.

-- То есть, по-твоему, получается, Старикан мечтает нас познакомить? -- полюбопытствовал Филип, с трудом сдерживая смех и придавая взгляду как можно более наивное выражение.

-- Уверен, что так, -- ответил Шон, ухмыляясь.

-- Неужели она действительно так хороша?

-- Как ангел! -- с энтузиазмом ответил Кайл, лицо его приняло мечтательное выражение, -- и имя у нее подходящее: Евангелина.

"Энджи", -- почему-то подумал про себя Филип.

-- Фигурка у нее очень даже, -- сказал Шон, -- и грудь, и задница что надо. Стерва -- не стерва, а за эти места я ее очень не прочь пощупать. Лицо... Эта их часть меня всегда интересовала мало, хотя губки дочурки Старикана забыть трудно...