Читаем Крест в круге полностью

Какое-то время все ели в полной тишине. Наконец Матвей отложил вилку, налил вина себе и Борису, поднял бокал, словно взвешивая его в руке, и, глядя на фотографию, произнес со вздохом:

– За тебя, Галинка… Вечная тебе память.

Вадим поспешно поднял свою чашку с компотом и добавил серьезно:

– С днем рождения, мама…

Борис похолодел. Как он мог забыть?! Сегодня – день рождения Галинки! Жестокий Матвей умышленно подчеркнул его забывчивость. Он словно специально демонстрировал свое спокойное превосходство перед ним на глазах у ребенка.

Борис закусил губу от досады и, повернувшись к фотоснимку, сказал тихо:

Глубокой ночью, когда Вадим давно уже спал в своей кровати, Матвей с Борисом сидели на кухне в глубоком молчании под оглушительно-тяжелое тиканье настенных часов. Матвей курил и неспешно выпускал юркие струйки дыма, похожие на молодых змеек, в распахнутое настежь окно. Борис сидел, сгорбившись, за столом и угрюмо рассматривал свои руки.

– Я понимаю, – сказал он наконец, прокашлявшись. – Ты считаешь меня в какой-то степени виновным в том, что случилось… В смерти Циклопа…

Матвей медленно потушил окурок в пепельнице и не проронил ни слова.

– Я причинил много зла людям, – продолжал Борис чуть не плача. – В том числе – самым близким. Но поверь: я лишь хотел изменить написанное. Я как мог сам боролся со злом, с черной силой. Только делал это неправильно. Теперь я знаю: предсказанному злу можно противопоставить только веру в добро. Черной силе нельзя показывать, что веришь ей, нельзя давать понять, что на нее нет управы. Потому что, как сказал один мудрый старик на скамейке в парке, наша жизнь пишется не нами и не черными старухами…

Матвей слушал внимательно, опустив голову. Казалось, что-то насторожило его в последних словах Бориса. Он вздрогнул, внимательно посмотрел ему в глаза, словно пытаясь догадаться о том, какие еще открытия сделал этот человек в своем долгом духовном заточении. Потом решительно встал и произнес твердо, подводя итог долгому, пасмурному дню, а может быть, всему прошлому:

Спустя месяц Матвей пришел с работы раньше обычного. Он распахнул дверь и застыл на пороге с загадочно-счастливым выражением на лице, смакуя еще не рассказанную новость. Борис играл на полу с Вадимом, и они оба подняли головы, уставившись в удивлении на сияющего Матвея.

– Я получил назначение в Москву, – выпалил тот. – Буду работать в одной из лучших столичных клиник!

– В Москву? – ахнул Борис.

Что-то тревожное, подсказывающее близость давно ожидаемой развязки коснулось его сердца.

– Вот здорово! – воскликнул Вадим.