Филиалы концерна находящиеся в Норвегии, Швеции и Швейцарии забили тревогу. Как и любой нормальный гражданин, Герман Геринг, не плативший вовремя налоги, не смог бы объяснить партийной комиссии происхождение своих капиталов. Поэтому по собственной инициативе, на всякий случай, Геринг предупредил и Бормана, возглавлявшего личный благотворительный фонд Адольфа Гитлера. Дальше машина самозащиты, по принципу «вечного двигателя», заработала сама. Рейхсляйтер устроил «выволочку» служаке Рейнхарду Гейндриху: — «Объясняй сам немецкому народу, что вожди не брезгуют пожертвованиями еврейских предпринимателей»...

Сами того, не желая, они все вместе «вытащили» штандартенфюрера Шварца из под «колпака» папаши Мюллера. На сленге разведки это называлось «привлечением косвенных факторов для решения возникшей проблемы»...

* * *

Лежа на кушетке в собственной вилле, штандартенфюрер Шварц мог позволить себе расслабиться в обществе проверенной фройлен...

На изогнутой спинке венского стула громоздился военный мундир. Переплетенный косичкой серебристый погон блестел, выделяясь на черном добротном сукне. Чуть ниже шла руническая двуглавая молния, застывшая на отворотах отдыхающего френча. Золотой значок члена партии подчеркивал принадлежность владельца мундира к ордену меченосцев, как и прочие знаки отличия, безотчетно притягивающие женские взгляды...

Под стулом, демонстрируя единение немецкого народа, вперемежку валялись женские трусики, цветные мужские подтяжки и вывернутые капроновые колготки. Намекая на предварительную борьбу, белел поникший бюстгальтер с обломанной бретелькой...

Агент Ребека спал на кушетке, свесив ноги и подставив мускулистую руку под кудрявую голову своей подружки. Ему снились березовые рощи и разноцветные девичьи хороводы на фоне стремительно бегущей Волги. Этот сон не покидал товарища Друбинского двенадцатый год...

ГЛАВА 43

Москва. Кремль. Февраль 1941 года.

Журнал с записями посещения лежал перед Поскребышевым...

Уже второй час вызванные товарищи сидели в приемной, что было большой редкостью для работающей как часы канцелярии вождя. Приземистый серый помощник стоял стеной, не пропуская к Сталину ни кидающего плутоватые взгляды Лаврентия Берия, ни сидящего мраморной статуей главу правительства Молотова. Ни других ответственных и не очень чиновников, без которых отлаженный бюрократический механизм давно бы уже заржавел.

С шумом ввалившийся новый начальник Генштаба Жуков, увидев бесполезность первоочередного приема, засопел и, сжав тонкие губы, ретировался обратно в свое ведомство...

* * *

Генеральный секретарь компартии большевиков решил все возможное время провести в кабинете. Причиной задержки было то, что с утра, то есть с обеда он анализировал сводку принесенную начальником РазведУпра генералом Голиковым. Сам генерал битый час стоял напротив, изредка вставляя пояснения по тем или иным документам...

— Как можно верить таким материалам, если их первыми добывает...  аргентинская разведка? — вождь с раздражением оттолкнул папку с дословным переводом плана «Барбаросса».

— Конечно, пока не будет фотокопий, таким данным верить нельзя, — осторожно вставил генерал, — но документы получены от информированного источника, имеющего доступ к имперскому Люфтваффе...

Сталин принял к сведению все, что посчитал нужным услышать от генерала разведки. Думая о чем-то своем, сказал невпопад:

— Жуков на основании этих данных разыграл на предварительных играх возможные последствия нападения немецких войск...  Получается прискорбная картина...

Сталин отвернулся и печально прикурил трубку. Голикову стало ясно, что аудиенция закончена...

Двери открылись и Поскребышев пригласил в кабинет народного комиссара НКВД...

Берия победоносно взглянул на Молотова и проскользнул к вождю...

— Слю-шай, Лаврентий, Разведывательное Управление Генштаба докладывает то же самое...  Врать не буду, твоя служба раздобыла план Гитлера наперед, но все сходится, вплоть до буквы. Что думаешь, Лаврентий?

— Надежный источник...  Информация поступила быстро: через десять часов...  Наш человек, — Берия подчеркнул это повышенным тоном, — произвел вербовку высокопоставленного офицера. Работать согласился на идейных началах!

Сталин встрепенулся. Трубка замерла на половине пути и быстро опустилась в хрустальную пепельницу.

— Такого не бывает...  Если денег не берет, значит, провокатор...  Только провокаторы денег не берут. Порядочные люди всегда нуждаются в деньгах...  Я это точно знаю. Передайте Радольфи[31] достаточную сумму денег и наладьте контроль. Знаю я вас разведчиков — только и можете народное достояние по карманам распихивать!

Берия воспользовался моментом и осторожно перевел стрелки на нужный маршрут.