Читаем Крест Сталина полностью

            Все это время испуганная старушка истово крестилась, смахивая краешком платка хлебные крошки со святого лика...


* * *

            В восемь часов вечера московские улицы уже погрузились в беспросветную мглу...

            Пройдя почти квартал, к затемненному подъезду подошли Лаврентий Берия и его помощник - Кобулов. В тени козырька под жестоко вывороченным плафоном они на секунду остановились. С подъезда тянуло запахом кошек, мочи и редкими вкраплениями свидетельств человеческого быта. Нарком поморщился, нахлобучил шляпу и мужественно шагнул в темноту...

            ...Члены коммунального проживания чинно и дружно слушали радиопьесу...

            - Смотри... - Агриппина Петровна легонько пихнула Ильясову, чтобы та убедилась в странности поведения субъекта утреннего спора.

            Смуглый сосед оторвался от гипнотического действия репродукторной тарелки, вышел на кухню и, прихватив новенький примус, открыл входную дверь.

            К возмущению женщин гости, не стряхивая налипший на ноги снег, прошли в комнату, оставив на обшарпанном линолеуме грязные разводы от следов. Через минуту внутри комнаты включилась радиола, и зашипел примус.

            - Представляешь, ни разу не видела, чтобы он примусом пользовался!

            - Так вы ж из него весь керосин слили... - влез в разговор Елисевский.

            - А ты не подслушивай! За такое морду бьют, еврей недоношенный!

            - Я не еврей, в моих жилах кровь благородных ассирийцев... Да, и по паспорту я русский!

            - Не по паспорту бьют, а по морде, - отрезала, как в анекдоте Петровна, - понаехали на нашу голову!

            - Вроде, нерусские пришли... То ли турки, то ли армяне?! - с недоумением поддержала разговор Ильясова, - и не звонили, вроде, а он им уже дверь открыл...

            - Все они армяне к мужикам тянутся! - Агриппина Петровна окончательно убедилась в порочности соседа их многострадальной квартиры...

            Поднявшись с табуретки, она грузно в развалку проследовала к комнате.  Перед плотно закрытой дверью она согнула свое тумбообразное тело и заглянула в замочную скважину. Но и здесь ее постигла неудача. Отверстие с другой стороны было залеплено газетой, с которой прямо на Агриппину глядела намалеванная карикатура Чемберлена...

            Разглядев гостей, Агабек Садарян стал непроизвольно вытягивать свое мускулистое тело. Но Берия взглядом остановил порыв агента и, оглядевшись вокруг, присел на одиноко стоящий сундук. Другой сидячей мебели в комнатушке не было. Кобулов переместился чуть ближе к наркому и с недовольным видом подпер обклеенную газетами стену.

            Гости немедленно переключились в разговор.

            - Судоплатов ввел вас в курс дела?

            - В принципе, да! В детали он не вникал, ссылаясь на предстоящий разговор...

            - Хорошо, давайте о деле... Здесь ориентировки на ряд агентов, - Берия протянул хрустящий пакет, - ознакомьтесь здесь, при нас. Цель поездки одна: ликвидация! Опирайтесь на тех же людей, с которыми вы совершали акции три года назад. Но учтите: они должны участвовать в последний раз!.. Никоим случаем не пересекайтесь с нашим посольством... У этого человека, - нарком ткнул пальцем в глянцевый снимок, - получите новые документы и пятьдесят тысяч долларов. Проверьте и его на всякий случай! Следующий маршрут - Лас-Вегас!

            ... В разговор вступил заместитель наркома Кобулов. Под мышкой у него был зажат более внушительный сверток. В нем лежали семь тысяч фунтов стерлингов мелкой купюрой, и пять паспортов разных стран с фотокарточкой человека, который сидел напротив.

            - Не играйте в "бирюльки". Ваш стиль - увидел, подошел, убрал! Никаких приговоров и других задушевных бесед! Вы готовы к этому?!

            - Так точно! Спасибо, что вернули к полезной работе!

            - Не нам спасибо - Судоплатову! Он делает все, чтобы возвращать таких, как вы... Поверьте, нам не так просто восстанавливать ряды профессиональных чекистов! ... Эту конспиративную квартиру мы заморозим... Когда за вами придут, не удивляйтесь. По "легенде" вас арестуют, так что никто из соседей вашей судьбой интересоваться не будет...


* * *

            Услышав звук от поворота ключа, Агриппина Петровна, подталкиваемая Ильясовой, возглавила комиссию по надзору за жизнедеятельностью новосела.

            - Совести совсем нет - шаландаются по ночам! ... Нигде не работает, на что живет? Все напишу! Берия быстро работу найдет - по гроб жизни лопату запомнишь! - Перекрывая троице выход, Агриппина угрожающе прошипела: - Устроили тут притон, понимаешь!

            Жилички плотно закупорили входную дверь, и Берия впервые в жизни растерялся...

            Высокое кресло не освобождало его от ряда обязанностей, налагаемых разведкой. Поэтому он лично посещал конспиративные квартиры, переключая работу наиболее ценных агентов на себя. Лучше чем коммунальная квартира - места нет! Низкий уровень жизни обитателей таких квартир отрезал их от общения с людьми более высокого социального статуса, а значит от кулуарных разговоров, т.е. сплетен. Какая, уж, тут конспирация! А здесь в коммуналке посудачат меж собой, да и все. Разве, что проявят бдительность и напишут куда следует. Так в любом случае разберемся: своих не тронем, а если чужие - извините!...

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Вечный слушатель
Вечный слушатель

Евгений Витковский — выдающийся переводчик, писатель, поэт, литературовед. Ученик А. Штейнберга и С. Петрова, Витковский переводил на русский язык Смарта и Мильтона, Саути и Китса, Уайльда и Киплинга, Камоэнса и Пессоа, Рильке и Крамера, Вондела и Хёйгенса, Рембо и Валери, Маклина и Макинтайра. Им были подготовлены и изданы беспрецедентные антологии «Семь веков французской поэзии» и «Семь веков английской поэзии». Созданный Е. Витковский сайт «Век перевода» стал уникальной энциклопедией русского поэтического перевода и насчитывает уже более 1000 имен.Настоящее издание включает в себя основные переводы Е. Витковского более чем за 40 лет работы, и достаточно полно представляет его творческий спектр.

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Публицистика / Классическая поэзия / Документальное