А по толпе за спиной вдруг пробежал взволнованный шепот, и, обернувшись, Гектор увидел, что все смотрят на начало широкой дороги у самых королевских конюшен. Там что-то происходило, поднялось низкое облако пыли. Он присмотрелся, и пыльное облако прямо на глазах превратилось в наездников, выстроившихся в ряд во всю ширину аркады и неторопливо подвигающихся вперед. Когда всадники подъехали ближе, Гектор обнаружил, что все они одеты в белое — одеяния колыхались и реяли вокруг них. Вот уже стал слышен глухой топот множества копыт — не одной сотни, и Гектор понял, что за первым эскадроном движутся другие. Ряд за рядом всадники выступали вперед. Вдруг, как по команде, все кони передового отряда разом перешли с шага на полный галоп. Они скакали прямо к зрителям, словно вознамерились их растоптать. А наездники начали гикать и кричать, вставать в стременах и размахивать мушкетами. Иные из них на всем скаку подбрасывали ружья в воздух и ловили. Земля задрожала под копытами набегающей конницы, и сердце Гектора гулко забилось. Конники были совсем близко. Уже можно было рассмотреть великолепную упряжь — высокие седла, покрытые парчой, сбрую и поводья из кожи с золотым тиснением, бархатные седельные сумки, отороченные золотой и серебряной бахромой с кистями, широкие нагрудные перевязи с филигранью. Уже отчетливо слышались крики наездников, понуждающих своих лошадей ускорить галоп. Гектор невольно попятился, ожидая, что вот сейчас летящая лавина всадников врежется в толпу. И тут один из наездников, пожилой человек, скакавший крайним, подал сигнал. И все, как один, всадники первого ряда взяли мушкеты наизготовку, держа двумя руками перед грудью так, что дула проходили точно между лошадиными ушами, и выпалили. Раздался слитный оглушительный залп, воздух наполнился клубами дыма, пронизанного дугами искр от горящих пыжей. В тот же миг передний ряд всадников, натянув поводья, остановил и поднял на дыбы лошадей всего в нескольких ярдах от зрителей. Еще одно прикосновение к поводьям — и животные развернулись на месте и помчались прочь, и просторные одеяния всадников реяли позади них, и торжествующие крики звенели в ушах толпы.

Снова и снова, ряд за рядом всадники бросались в «фантазию», стреляли из мушкетов, разворачивались и скакали прочь, чтобы перегруппироваться и вновь броситься в атаку. Оправившись от удивления, Гектор начал разбираться в узоре их движения. Всего было десять эскадронов, каждый совершал свои маневры на полном скаку, а в общем и целом под седлом была тысяча лошадей. Каждый эскадрон имел свои отличия — цвет уздечек, размеры и масть лошадей. Один эскадрон отличался особенным великолепием. Он состоял в основном из лошадей самой светлой палевой масти. Хвосты и гривы животных отросли почти до земли и красиво струились, и слаженность их движений была доведена до полного совершенства. В этом бледно-палевом эскадроне выделялись три лошади. Две гагатово-черных, а третья — красивой пепельно-белой масти в черную искру. Каждый раз, когда этот эскадрон бросался в атаку, эти три лошади вырывались на несколько шагов вперед, а правил ими один наездник. Животные были необыкновенно выученные, они держались бок о бок при полном броске и позволяли своему наезднику прыгать из одного седла в другое, время от времени подкидывая мушкет в воздух и снова его ловя. И именно этот всадник, скачущий во весь опор впереди эскадрона прямо на толпу, — именно он давал команду к пальбе. Этот же эскадрон конников, которые в сгустившихся сумерках стали похожи на привидения, третьим заездом завершил «фантазию», а его предводитель остановился так близко от Гектора, что до лица юноши долетели брызги пены из конской пасти — то был пепельно-белый в искрах, — и только в этот миг Гектор понял, что на коне сидит сам Мулай Исмаил.

Глава 18

Из-под полуприкрытых век Маймаран взглянул на Гектора с той же настороженностью, с какой встретил молодого человека в прошлый раз, когда тот впервые заявился в его дом, а было это всего сутки тому назад.

— Простите, что снова тревожу вас, — смущенно начал Гектор, стоя на пороге полуоткрытой двери, — но после нашего давешнего разговора произошли важные события. Это касается пленных французов.

Маймаран заметил, что посетитель нервничает. Он пришел в Меллах один, в нем чувствуется неуверенность, но и нетерпение тоже. Не говоря ни слова, он провел молодого человека по узкому коридору в просто обставленную заднюю комнату, где обычно обсуждал дела со своими торговыми клиентами. Указав Гектору на стул, он сел за маленький стол, сложил руки и спросил:

— Вам-таки удалось узнать что-то новое об этой мощной пушке?

— Нет. Шон Аллен считает, что исполнить то, что требует император, весьма затруднительно, если вообще возможно.