Читаем Крест и клинок полностью

Не сразу он осознал, что Карп, стоявший бок о бок с ним, как-то дергается. Поначалу это была только легкая дрожь, но скоро она превратилась в явные телодвижения, непроизвольные содрогания, сотрясавшие все тело. На мгновение Гектору почудилось, что у Карпа припадок. Глаза болгарина были широко распахнуты. Он вперил взгляд в землю с таким ужасом, будто увидел там нечто невообразимое. Гектор пытался понять, что же так напугало его товарища. В полутьме он различил ноги человека, стоявшего на коленях прямо перед Карпом, и, вглядевшись внимательнее, заметил на подошвах этих ног клейма. Кто-то выжег в плоти по кресту, оставив глубокие шрамы.

Опасаясь, что Карп привлечет к ним внимание, Гектор, чтобы успокоить болгарина, тихонько тронул того за плечо. Карп повернул к нему страдальческое лицо, и Гектор жестом показал, что им следует выйти. Тихо поднявшись на ноги и по-прежнему не отпуская Карпа, Гектор открыл дверь, и они вышли на дневной свет. Заглянув в лицо болгарина, Гектор увидел в его глазах слезы. Немого все еще била дрожь.

— Что случилось, Карп? В чем дело? — осторожно спросил Гектор.

Болгарин невнятно и сдавленно мычал, невозможно было понять — от ужаса или от ярости. Что-то подсказало Гектору, что разумнее будет, если его и болгарина не увидят рядом с часовней.

— Нам лучше уйти, — сказал Гектор. — Подальше от греха.

Бурдон был с ними, и болгарин потихоньку начал приходить в себя, однако грудь его все еще вздымалась, и он горестно всхлипывал. Вдруг он наклонился и снял с ноги сандалию. Подняв ногу, он начертил на подошве знак креста, потом указал на свой изуродованный рот, и из гортани его вырвался неистовый вопль.

— Человек с клеймом на подошве как-то связан с твоим вырванным языком, да? — спросил Гектор.

Карп неистово закивал. Присев на корточки, он начертил на земле корабль, галеру. Потом пометил флаг с крестом и, тыча пальцем в него, глухо и мучительно взревел.

— Он с галеры? С нашей галеры?

Карп кивнул.

— Карп, когда мы вернемся в оружейную и успокоимся, Дан своим пером и бумагой сможет помочь тебе объяснить, что именно ты хочешь сказать.

И тут они услышали крик. Дан, перегнувшись через ограждение дороги, звал их сверху:

— Давайте сюда. Сейчас начнется фантазия. Скорее!

Гектор, Бурдон и Карп поднялись на дорогу, а там уже собралась целая толпа зрителей. В основном — придворные из свиты Мулая, но были здесь и чужеземцы, в том числе знакомые им три испанца, кавалеристы, что жили на постое в одном доме с Диасом. Все, теснясь, смотрели в сторону королевских конюшен. Гектор занял место с краю, откуда мог видеть подножия арок и наблюдать за дверью тайной часовни. Вскоре из нее стали выходить люди. Служба, должно быть, кончилась, и паства стала расходиться. Они появлялись по двое и по трое и с оглядкой поспешно уходили. Было очевидно, что священник велел им по возможности не привлекать к себе внимания. Гектор увидел начальника гребцов — его приземистую фигуру невозможно было не узнать, хотя он и старался не выходить из густой тени, отбрасываемой лучами заходящего солнца. Рядом с ним шел Пьекур. И опять его сопровождал тот же высокий человек, которого Гектор уже видел, когда в первый раз явился сюда. Наконец вышел священник, прижимавший к груди ящик, который, скорее всего, и был складным алтарем.