Наутро после пожара немедленно встал вопрос: куда теперь деваться погорельцам? Здание выгорело так, что о работе в нем не могло быть и речи. Одна из крупнейших монополий страны осталась без крыши.

Вдруг выяснилось, что у бывшего руководителя РАО Анатолия Дьякова есть почти готовый офис в районе ближнего Юго-Запада на улице Челомея. На всякий пожарный случай. Здание офиса представляло собой как бы пристройку сверху к подземному кооперативному гаражу, утопленному заподлицо. По проекту на его крыше должна была располагаться открытая автостоянка, но нашлись люди, которые смогли использовать крышу гаража более рационально. Этот офис Дьяков и присмотрел для РАО “ЕЭК” — “Единая энергетическая корпорация”. “ЕЭК” занималась, среди прочего, вексельными расчетами энергосистем с потребителями с одной стороны и поставщиками — с другой.

Если учесть объем вексельного оборота в те безденежные времена, когда никто никому не платил живыми деньгами, то “ЕЭК” легко могла оказаться держателем офиса где-нибудь между ГУМом и Мавзолеем.

Борьба за добро. Свое...

В рассказе Трапезникова о срочных поисках помещений важно не пропустить слово “вдруг”. То, что происходило с “входящим” и “исходящим” имуществом РАО в то время, трудно поддается описанию и учету. Речь не о хищениях имущества профессиональными ворами или несунами-любителями. Хотя и на этом направлении шла напряженная работа. По подсчетам энергетиков, за 1999-2000 годы украли одного только провода восемь тысяч километров. Почти что ЛЭП от Москвы до Владивостока. Всего же кабелей, шин, контактов выключателей и прочего оборудования за эти два года унесли на три миллиарда рублей. Но, повторимся, речь не о таком воровстве. Речь ниже пойдет о людях и организациях, главным бизнесом которых стало использование плохой организованности собственников и неготовности менеджеров профессионально защищать имущество компании.

Трапезников рассказывал, как прямо на глазах у изумленной публики из РАО вынесли целый институт вместе со зданием в центре Москвы. Андрея назначили председателем совета директоров одного из отраслевых институтов “Информэнерго”. Пока он разбирался с профильными продуктами института — карты, брошюры, технические архивы, — не сразу сообразил, что в институте давно началась и полным ходом идет другая работа.

Незадолго до прихода команды Чубайса в РАО “Информэнерго” подписало с рядом фирм причудливые договоры. По одному из них институт “Информэнерго” якобы взялся подержать у себя чужие книги. Почему вдруг это дочернее предприятие РАО решило подзаработать на хранении книг, никто не объяснял, потому что никто и не спрашивал. Что за книги, тоже непонятно, потому что никто их в здание института не привозил. Обошлись накладной об их получении. Нетрудно догадаться, что следующим шагом стала претензия фирмы-“книгодателя” к фирме-“книгохранителю” относительно неисполнения договора. Сумма утраченного добра оценивалась в относительно скромные 1,2 миллиона рублей. Потом всплыл еще ряд договоров на услуги, которые якобы были выполнены по заказу института, но не оплачены им. Исполненные праведного гнева фирмы-кредиторы начали процедуру банкротства, и в институте “Информэнерго” ввели процедуру внешнего управления.

Все было подготовлено так хорошо и развивалось так стремительно, что вскоре РАО потеряло свою родную дочку, а вместе с ней — старое, но добротное здание института на проспекте Мира в Москве. Ради чего, собственно, и затевалась эта история с фиктивным хранением книг. И никакая мощь РАО, никакие доказательства мошеннических действий руководства института (фирма-истец, естественно, была связана с руководителями “Информэнерго”, как и назначенный судом внешний управляющий) не спасли имущество холдинга. Остановить процесс банкротства и спасти здание РАО так и смогло. Не помогли обращения Чубайса ни к министру МВД, ни в прокуратуру.

В другой раз украсть здание в центре города у РАО попытались в Петербурге. Директору ОАО “Севзапэнергосетьпроект” удалось найти арендаторов на свои свободные площади, которые не только согласились снять их по заниженной цене, но и готовы были выкупить их, что предусматривал договор аренды. Но украсть здание не получилось, несмотря на то что к делу подключились питерские бандиты. Все-таки это уже был 2003 год, а не 1998-й. Но вот опасный для законных собственников здания договор директор все же подписал.

Выносить из РАО начали давно, практически с первых дней формирования холдинга в 1993 году. И несли не институтиками какими-то, пусть и вместе со зданиями в центре Москвы. Выносили целыми электростанциями и энергосистемами. Первыми понесли субъекты Федерации. Они уносили электростанции. На основании трех указов Ельцина, вышедших в августе и ноябре 1992 года, было создано РАО “ЕЭС”. Всего в энергохолдинг должна была войти пятьдесят одна электростанция, но РАО получило в собственность только тридцать четыре. Этого все равно хватило, чтобы