Читаем Крест Чубайса полностью

Программа писалась командой на той самой даче в Архангельском, которую снял для себя Борис Бревнов, На той самой, которую Бревнову инкриминировала Счетная палата. Дача уже была арендована и оплачена вперед, так что она могла либо простаивать, либо служить каким-либо “штабным помещением”. Например, помещением для разработки Программы “преобразований в электроэнергетике”, которую там собственно и создавали люди, собранные новым шефом РАО. Кстати, на этой же даче номер 15 осенью 1991 года создавались первые программные документы будущего первого российского правительства, которые писали те же Гайдар, Чубайс.

Как-то так получилось, что коттеджный поселок Архангельское, расположенный в десяти километрах от Московской кольцевой дороги по Калужскому шоссе, как место проживания министров РСФСР, стал родиной многих мятежных документов. В этом поселке в 1990 году на одной из правительственных дач Григорий Явлинской вместе с академиком Сергеем Шаталиным работал над своей знаменитой программой преобразования советской экономики в рыночную за 500 дней. Программа так и называлась “500 дней” и была направлена на разрушение плановой экономики. Потом здесь рождались документы первого уже российского правительства и его программа действий, которая в известном смысле была направлена как раз на разрушение плана Явлинского, написанного для стран бывшего СССР,

И вот летом 1998 года команда Чубайса в этом же поселке создавала еще один план по разрушению: на сей раз одной из крупнейших советско-российских монополий.

Программа довольно жестко оценивала ситуацию в отрасли, которая так и не избавилась от министерской структуры управления и оставалась по сути своей министерством. Дальше — больше. Доля бартерных расчетов — 75-80 процентов. В среднем. Где-то деньгами не больше пяти процентов платили. А ведь это еще додефолтные времена, у людей и компаний еще есть деньги, рубль тверд, как никогда. Но зачем платить за электроэнергию, если можно не платить, а она продолжает поступать? Вполне рациональное поведение.

В Программе было много жесткого и революционного. Должники, которые по полгода-году не расплачивались за электроэнергию, превратили РАО в кредитора всея Руси. Собственники, включая государство, были плохо организованы, теряли доходы и саму собственность, были не в состоянии поставить задачи перед менеджерами и добиться их выполнения. Затратный метод ценообразования, неформальные процедуры отключения потребителей, политизация региональных органов регулирования тарифов, которые относительно легко шли на “замораживание” тарифов. А еще — игнорирование интересов потребителей, индивидуальные преференции отдельным покупателям электроэнергии и вытекающее отсюда извлечение доходов одними потребителями за счет других потребителей и собственников.

Еще много чего уместилось в Этой Синей Книжечке (так иногда называют Программу в РАО). Полагаю, Чубайсу было непросто под всем этим подписываться. Он хоть и не занимался собственно энергетикой, но имел непосредственное отношение к тому, что в 1993 году именно так была акционирована электроэнергетика, именно так преобразовали Минэнерго в холдинг, именно к таким результатам пришли через пять лет.

Программа определяла цели и этапы реформирования на ближайшие к 1998 году пять лет. То есть по первоначальному плану все должно было закончиться в 2003 году. И в плане этом были предусмотрены радикальные меры по наведению порядка с управлением, собственностью, платежами вплоть до поглощения неплательщиков за долги. Было и создание конкурентного рынка электроэнергии, выделение федеральной сетевой компании. Много чего было, а вот ликвидации холдинга не было. Может быть, симпатическими чернилами, между строк, если провести горячим утюгом, удалось бы прочесть про то, что РАО “ЕЭС” будет раздроблена и прекратит свое существование, но собственно в тексте Программы ничего такого нет.

— А вы как хотели? — реагирует Чубайс на прямо поставленный вопрос. — Мне же надо было, чтобы эту Программу подписал председатель совета директоров РАО некто Кудрявый Виктор Васильевич. И он ее подписал! Мы понимали, — продолжает Чубайс, — что даже в таком виде документ получился бомбой охренительной силы. Поэтому мы немножко прятали финальный замысел.