«В самые де те времена, когда Темир-Аксак, а по европейскому названию Тамерлан, со многими татарскими войсками разные области разорял (по истории об нем могло быть сие в исходе 14 или в начале 15 столетия) был некто из донских казаков имени и прозванием Василий Гугня, сей… отлучился с Дону на промысел… и дошел до устья, до протоков реки Яика… После того, что далее, то более, людство их умножаться стало приходом с Дону и зи других великороссийских городов, и, согласясь, выбрали они для житья своего первое место при урочище, называемом Коловоротное, от нынешнего их города расстоянием по Яику реке 60 верст… Оставшиеся от Золотой Орды татары, ненавидя, что они в их местах заселись, и подъезжая к их кибиткам в ночные времена на лодках, кибитки их ломали… часто нападали на них, казаков… и хотя они, казаки, многажды бывали от них в осадах, но всегда отбивались, ДЕЛАЯ ДЕРЕВЯННЫЕ ПУШКИ И ВМЕСТО ЯДЕР УПОТРЕБЛЯЯ КАМЕНЬЯ, КОСТИ И ТОМУ ПОДОБНОЕ» [102], с. 199. И еще: «Найден у них (у яицких казаков – Авт.) отпуск с доношения, кое в прошлом 1720 году станичный атаман Федор Крашенинников подал в Государственую Коллегию иностранных дел, а в нем написано: в давних де годах прадеды и отцы их (что де может быть назад около двухсот лет) вольные люди, а именно из русских донские казаки и других городов жители, а из татар крымцы, кубанцы и иные магометане, всего человек с сорок, собравшись, поселились по реке Яику в одной луке, при урочище Орешном, где еще доныне городище, к которому их жилищу подходили великим собранием Золотой Орды татары, требуя, чтобы они, оставя то место, в их орду шли, обещая их в орде сделать мурзами, но они того не учинили, за что татары, осадя их, хотели поморить голодом, но они, СДЕЛАВ ДЕРЕВЯННЫЕ ПУШКИ, ОТБИЛИСЬ, и послав от себя двух человек в Москву… с челобитьем… к великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу, получили от него жалованную грамоту на реку Яик» [102], с. 203.

Теперь зададимся вопросом: как должны были воспринимать современники новое оружие, впервые увидев ужасные «стреляющие бревна» на поле боя? Причем, зная при этом, что изобретены они ХРИСТИАНАМИ. Ясно, что деревянные пушки могли описать, например, такими словами: «христианское древо, принесшее победу христианскому царю». Но вспомним, что христианский крест также часто называется «древом». В церковных источниках выражение «древо крестное», означает крест, на котором был распят Христос.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что «христианское древо, принесшее победу царю Константину» могло со временем превратиться под пером летописцев в «христианский крест-древо, принесший победу царю Константину». То есть, как мы теперь понимаем – русскому великому князю Дмитрию Донскому.

3. БИТВА КОНСТАНТИНА С МАКСЕНЦИЕМ ЯКОБЫ В 312 ГОДУ И КУЛИКОВСКАЯ БИТВА 1380 ГОДА

«Античная» битва якобы 312 года происходит в поле, у стен города (считается, что итальянского Рима). Константин подходит к городу издалека, а Максенций выступает из городских стен ему навстречу. Сражение разворачивается на берегах реки Тибр = ДУНОВИН, см. выше. Напомним, что Куликовская битва, согласно нашей реконструкции, произошла на берегах Яузы и Москвы-реки. При этом Москву-реку именовали тогда ДОНОМ, см. ХРОН4, гл. 6.

Как в битве Константина с Максенцием, так и в Куликовском сражении, на поле брани сходятся две огромные армии. Как мы уже говорили, «античные» источники сообщают будто бы о ста тысячах в войске Константина и о двухстах тысячах в войске Максенция. О сотнях тысячах сражавшихся на Куликовом поле говорят и русские летописи «Куликовского цикла» [83].

«Античная» битва завершается победой Константина, а Куликовская битва – победой Дмитрия Донского. В обеих летописных версиях победа достается в результате весьма неординарной ситуации. В «античной» битве это – «Явление Креста» Константину Великому, а в Куликовском сражении – «Явление Схимы с Крестом» Дмитрию Донскому. В обоих рассказах побежденный полководец возглавлял большую и, кроме того, профессиональную армию.

И Максенций и хан Мамай – разгромлены. Многие воины утонули в реке [26], с. 93. В «античной» битве утонули в Тибре или, по некоторым источникам, в Дуновине (см. выше), а в Куликовском сражении – в реке Дон. То есть, в московской Яузе или в Москве-реке, см. ХРОН4, гл. 6. Кстати, в некоторых русских летописях вместо названия реки ДОН стоит ДУНАЙ [83], с. 113.

Хан Мамай спасается бегством, однако вскоре его убивают. Аналогично, Максенций пытается спастись бегством. Его преследуют и он погибает [26], с. 93.