Читаем Крепость полностью

Я настолько измотан, что едва могу съесть хоть кусочек, хотя Бартль заботливо предлагает мне свои вкусные бутерброды с консервированной колбасой. Бодрствую, несмотря на то, что страшно хочу уснуть. Меня охватывает чувство того, что этот школьный зал в действительности не существует. Как мы сюда попали? В полусне все вращается словно водоворот. Такое ощущение, будто я на самом деле все еще не в себе: Я опять на борту подлодки. Во мне пропало ощущение времени: Не знаю, как долго лежу в полудреме и страдаю без сна. Но вот собираюсь с силами и пытаюсь обуздать свои мысли: К черту Вермахт со всем его дерь-мом! Ни одна свинья не знает, где находится противник и где еще он сумел прорваться. К черту их хваленные Войска связи, что всегда с гордым видом проезжали на парадах на своих легких вездеходах и автомобилях, с их техническими причиндалами. А теперь? Ничего кроме путаных сообщений. Даже общевойсковые командиры не знают, ка-кое положение всего в паре километров от их частей. А разведка? Да... было бы дело. Если бы только люди из Maquis знали, какое замешательство царит в наших войсках на самом деле, они бы, наверное, давно активировали свою деятельность. Слышу, как часы бьют полночь. Чертовски поздно! Мне остаются лишь несколько часов: Хочу ехать дальше – а точнее, пока еще темно. Бартль будит меня. Я сразу вскакиваю.

- «Кучер» уже раскочегарил! – сообщает Бартль радостно. – Мы можем сразу отправляться – сразу после завтрака.

Завтрак? Черт его знает, как Бартлю удалось раздобыть горячий кофе.

- «Кучер» уже поел! – докладывает Бартль голосом полным надежды.

- Молодцы, хорошо, – отвечаю ему с признательностью. Но от бутербродов с консервированной колбасой не могу в этот ранний час и кусочка откусить.

Во дворе слышу взволнованный гвалт черных дроздов. Они производят такой ор лишь тогда, когда видят кошку и предостерегают сородичей о враге. И в ту же минуту вижу перед дверью кошку, глубоко свернувшуюся в клубок, будто желая укрыться от стыда. Теперь весь сад на-полнен яростным писком, и со всех сторон прибывает подлетевшее подкрепление. Кошка еще больше втягивается в себя. Дрозды действуют как самая настоящая система раннего предупреждения, к тому же прекрас-но функционирующая. Вот то, что нам уже давно пора было бы применить! Утро поднимается серое, упрямое, мучнисто-светлое. На востоке, на фоне неба уже ясно раз-личимы контуры деревьев, но пока еще не видны детали в полях. Нигде никого. А что это? Звук тележек! Но вроде бы рановато двигаться в путь! Из лугов поднялся легкий туман и теперь лежит там как замерший дым. Где-то очень далеко каркает ворона и получает еще более далекий ответ. Карканье звучит чрезвычайно резко и не подходит этому умиротворяющему ландшафту. Становится гораздо светлее: ex Oriente lux . Крики далеких петухов.

А теперь уже должно быть шум двух тележек, доносящийся вперемежку с кукареканьем и кар-каньем. Но откуда же он идет?