Читаем Косово 99 полностью

Одной из отличительных черт боснийцев был нарукавный шеврон боснийской миротворческой бригады, который был голубого цвета и поэтому хорошо был виден на зелёном фоне формы. Другими не менее заметными приметами «боснийцев» были полное отсутствие дисциплины и положенного по уставу внешнего вида. Голубой шеврон вызывал ужас и ненависть наверное у всех вновь прибывших командиров и начальников. К тому времени наш «боснийский» батальон сильно деградировал. Никто ни кем по большому счёту уже не командовал, никто толком не знал кто и где сейчас находиться. Одетые кто во что горазд солдаты самостоятельно передвигались по территории аэродрома зачастую грубо игнорируя субординацию. Большинство бойцов уже не пили, но были и те, кто продолжал «полировать стакан». Мы очень устали за эти недели, но вовсе не усталостью, а длительными повсеместными пьянками объяснялся развал нашего блестяще выполнившего задачу подразделения. Не потеряв убитыми НИ ОДНОГО человека наш батальон полностью потерял свою боеготовность. Героев сгубило пойло. Самое чудовищное, что коварным врагам вовсе не нужно было уговаривать нас «употреблять внутрь», мы делали это самостоятельно и с большим желанием. Пили охотно и рьяно. Пили солдаты и офицеры. Пили тайно и не особо скрываясь. Пили потому что были приучены этому с детства. В частности лично я не раз, и не два, слышал от родного отца прибаутки на вроде «Пиво это хорошо, водка тоже, но дороже» и т. д. и т. п. Батя только словами не ограничивался, равно как и все мужики в окрестности. Врагам не нужно было нам ничего навязывать, им нужно было только подождать. Мы как будто были заражены каким-то вирусом, который в благоприятной обстановке успешно проявился.

В своё время генерал Кутузов предоставил французам возможность хорошо погулять в Москве и тем самым погубить самих себя. Мы тоже были своеобразными «французами». К счастью для нашей армии всё обошлось благополучно — для армии, но не для самих «французов». Последствия для нас были не столь катастрофическими как для солдат Наполеона, но убраться восвояси всё же пришлось и нам. Как я говорил, командование обещало дать каждому из «боснийцев» возможность послужить в Косово ещё минимум полгода, но посмотрев на то, во что превратился наш батальон командиры круто изменили свои намеренья.

Мы сильно деградировали и чтобы наш пример не стал заразительным для других подразделений нас спешно выводили из Косово. Всех, без разбора. Согласно военной науке подразделение учувствовавшее в захвате какого-либо объекта в дальнейшем заменяется свежей частью и отводится на отдых и переформирование, но в данном случае нас вывели скорее всего именно из-за нашего поведения. Существенными причинами нашей дерзости и недисциплинированности были также кураж от собственной крутости и неприязнь (в форме неуважения) к руководству фактически запретившему нам активно защищать сербов от албанского беспредела. Последняя причина наверняка также сыграла свою роль при принятии решения об удалении нашего батальона из края Косово. В этом смысле мы тоже могли подать вновь прибывшим бойцам нехороший пример.

Из России прибыло много техники и людей, вокруг нас происходило обыкновенное армейское столпотворение. Кто-то куда-то постоянно перемещался, куда-то маршировал, куда-то ехал. После того как нас, «боснийцев», вывели со всех постов про нас практически забыли и несколько последних дней нас не привлекали ни к каким мероприятиям. Мы только охраняли самих себя, да наши часовые пару раз постреляли по ночным мародёрам.

Кроме многочисленного подкрепления прибывшего из России некоторое количество наших бойцов прибыло из Боснии. Среди них в дальнейшем оказались и упомянутые мной Лёха Малой и рукопашник Али — мои сослуживцы из второй роты. Я уехал из Косово, а они там остались, но связь с ними я не утратил и в дальнейшем благодаря их рассказам я дополнил свою картину о ситуации в крае в те дни.

Ситуация характеризовалась одним ёмким понятием — албанский беспредел. Некогда бывшие иммигрантами албанцы превратились в хозяев многострадальной косовской земли. Неодолимое горе пришло к неразумным сербам вовремя не сумевшим выгнать загостившихся инородцев восвояси. В дальнейшем Али мне рассказал что албанский беспредел «достал» даже американцев.