Читаем Кошачьи когти полностью

– Эта история началась за день до произошедшего, – начал Хидэтаро. – Позавчера утром я пришел в Чайный дом Сакуры, чтобы заплатить за контракт Саюри. Был средний день месяца, а я всегда оплачиваю счета в середине месяца и в последний день месяца.

Он смущенно улыбнулся, словно маленький мальчик, пойманный на лжи.

– Я говорил вам, что платил утром в день смерти брата, но я обманул вас, хотя в чайном доме тем утром я все же был. Маюри рассказала мне об убийстве... хотя не ее я желал видеть.

Он помолчал.

– Пожалуй, будет лучше, если я буду рассказывать по порядку. За день до смерти Хидэёши я был в чайном доме, чтобы внести плату. Маюри мое серебро не взяла. Она сказала, что другой мужчина предложил ей гораздо большую сумму за то, чтобы стать покровителем Саюри. В конце концов, Маюри просто хотела оставить девушку в своем чайном доме. Я потребовал, чтобы она назвала мне имя покровителя и сумму, которую он предложил. Она назвала астрономическую цифру – тысяча золотых кобанов.

Глаза Хиро распахнулись от удивления, а отец Матео выглядел смущенным. Синоби объяснил:

– Один кобан – это три коку риса. Тысяча кобанов способна кормить целую армию весь год.

– Маюри, вероятно, солгала, – сказал Хидэтаро. – Никто не способен заплатить такую цену только лишь за женское внимание.

– Согласен, – сказал Хиро. – Но зачем Маюри врать?

– Я полагаю, ей нужно было, чтобы сумма была настолько высока, чтобы я даже не думал о выкупе. Но я решил попытаться. Проведя весь день в медитации и переступив через гордость, я пошел к Ёши. Мы разговаривали наедине в его личной оружейной. Я встал перед братом на колени и попросил выкупить контракт Саюри. Для меня. Я поклялся, что, если он выполнит мою просьбу, я никогда ни о чем его больше не попрошу. Даже зернышка риса просить не стану.

– Но у Хидэёши не было такого богатства, – сказал отец Матео.

Хидэтаро удивленно отклонился назад:

– Видимо, было. Он оказался тем покровителем, имя которого Маюри мне так и не сказала.

– Как вы это поняли? – спросил Хиро.

– Ёши не просто отказал мне в просьбе. Он рассмеялся мне в лицо и назвал дураком за то, что я влюбился в проститутку.

Хидэтаро тут же добавил:

– Это его слова, не мои.

Отец Матео понимающе кивнул, самурай же продолжил рассказ:

– Ёши сказал, что купил Саюри для себя. А еще он сказал, что будет думать обо мне, когда лишит ее девственности.

Кулаки Хидэтаро сжались. Он закрыл глаза, его дыхание снова замедлилось. Самурай молчал до тех пор, пока не успокоился.

– Отсмеявшись, он протянул мне кинжал из своей коллекции и предложил мне совершить сэппуку, поскольку этот клинок будет последним, что я получу из его рук.

– Вы нашли ему лучшее применение, чем ритуальное убийство? – поинтересовался Хиро.

– Я хотел. Если бы Ёши не был моим братом, я убил бы его на месте. Но я этого не сделал. Я отбросил нож как можно дальше. Клинок попал в токонома и сбил то, что там стояло. – От воспоминания Хидэтаро горько усмехнулся. – Неко-те рассыпались, а тессен упал на пол. Ёши начал ругаться. Я услышал смех Нобухидэ, но вышел из комнаты, даже не оглянувшись.

– Нобухидэ видел, как вы бросили кинжал? – спросил Хиро.

Хидэтаро кивнул:

– Он пришел в комнату, чтобы посмеяться над моим выбором жены. Наверное, подслушивал.

На какое-то время все замолчали. Хиро ждал, когда самурай продолжит, но торопить его не стал. Ему хотелось узнать, с какого места Хидэтаро продолжит.

– По дороге домой я думал о том, чтобы убить Ёши. Я хотел это сделать и почти решился, но потом мне на ум пришла идея получше. Она позволила бы нам с Саюри отомстить Ёши. – Он улыбнулся. – Я надумал предложить Саюри сбежать вместе со мной.

– Без гроша в кармане? – спросил Хиро.

Хидэтаро пожал плечами:

– У меня был пропуск, который остался с дней моей службы курьером у сёгуна. Многим даймё требуются слуги. Я подозреваю, вам хорошо известно, насколько легко ронин может найти себе работу, если переступит через гордость. Без обид.

Хиро кивнул:

– Никаких обид. Пожалуйста, продолжайте.

– Я посидел дома, пока не стемнело, и пошел в чайный дом. Прокрался мимо веранды к комнате Саюри, но Хидэёши уже приехал. Я наблюдал за ними, спрятавшись в тени, и ждал подходящей возможности. Мне дважды приходилось прятаться за углом, когда Хидэёши ходил в уборную. Я подумывал о том, чтобы подойти к Саюри, но я не мог рисковать быть пойманным до того, как мы с Саюри сбежали бы.

Когда стало совсем поздно, Хидэёши напился и попытался уговорить Саюри раздеться. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, чего он хочет. Она была очень напугана... я готов был вбежать в комнату и прикончить его. Если бы он попытался взять ее силой, я бы так и сделал.

Хидэтаро замолчал. Отец Матео открыл было рот, но спохватился и ничего не сказал.

Мгновение спустя Хидэтаро продолжил:

– Я услышал, как Саюри упомянула уборную, так что пересек двор и спрятался за кабинкой, но ее очень долго не было.

Хиро хорошо понимал, в чем тут дело. Саюри разговаривала с Маюри, прежде чем пойти в уборную.

– Когда она наконец пришла, я раскрыл себя и попросил ее сбежать вместе со мной.