– Если только он не замаскировался, – отметил Хиро. – Хидэтаро служил у сёгуна курьером. Его обучение включало и использование маскировки.

– Но шпион купил у Луиса оружие. Где Хидэтаро взял деньги?

– Над этим вопросом я пока не думал, – признался Хиро.

– Кроме того, убийство брата пустит Хидэтаро по миру. Он станет нищим.

– Так ли это? Ёсико намерена выполнить волю своего отца и продолжать оказывать его брату поддержку.

– Но он влюблен в Саюри, – продолжал упорствовать отец Матео. – Даже если ты прав насчет всего остального, зачем Хидэтаро убивать брата там, где подозрение падет на девушку?

– А что, если это не так? – спросил Хиро. – Что, если мы ошиблись со временем?

– Я не понимаю. – Отец Матео покачал головой и пожал плечами.

– Я думаю, Хидэёши был уже мертв, когда Саюри вернулась из уборной.

Глава 33

– Но Саюри сказала, что Хидэёши был жив, когда она вернулась в комнату, – запротестовал отец Матео. – Зачем ей лгать?

– Потому что она знает, что его убил Хидэтаро, – объяснил Хиро.

– Но зачем Хидэтаро убивать брата? – спросил отец Матео.

– Ёсико говорила, что тем вечером они ругались из-за денег. Я думаю, так и было, ведь они оба боролись за Саюри. Хидэтаро попросил у брата денег, чтобы выкупить ее контракт, не понимая, что Маюри подняла стоимость по причине того, что Саюри нужна была и Хидэёши тоже. Когда Хидэёши отказал брату, он еще и рассказал ему о том, что собирается сделать с девушкой, в которую влюблен Хидэтаро.

– Значит Хидэтаро пошел следом за ним в чайный дом и там убил.

– Да, очень похоже на то.

* * *

Монах из Тофуку-дзи объяснил им, как найти дом Хидэтаро, который находился к северу от храмовых земель и к востоку от реки Камо, в самом конце грунтовой дороги, усыпанной камнями размером с кулак.

На высоком фундаменте стоял крошечный деревянный домик с бамбуковой верандой, которая уже давным-давно потеряла свой блеск. Стены были чистыми, но старыми. Там, где древесина подгнила, были приколочены свежие доски, которые неестественно ярко выделялись на фоне своих престарелых соседей.

Дома по бокам тоже были маленькими, но выглядели при этом гораздо хуже. Скорее всего, это были дома слуг, которые так усердно работали на хозяев, что на свои собственные жилища времени уже не оставалось. Это был не совсем тот район, в котором Хиро ожидал найти самурая. Учитывая обучение Хидэтаро профессии курьера, синоби в очередной раз напомнил себе, что никогда не стоит строить всякого рода предположений.

Во дворе дома росла пара красиво подстриженных вишневых деревьев, которые своими ветвями обрамляли ступеньки крыльца. К дому вела истоптанная грязная дорожка, а вместо лужайки или сада весь передний двор зарос высоким чертополохом и сорняками.

Хиро удивил окружающий беспорядок. Он ожидал, что несостоявшийся монах будет содержать двор в чистоте и порядке.

Священник и синоби прошли по дорожке к дому и постучали в дверь. Хидэтаро открыл ее почти мгновенно. Вероятно, он увидел, как они подходили.

– Вы уже определили убийцу Ёши? – спросил он.

– Мы на это надеемся, но нам нужна ваша помощь, – ответил Хиро.

Хидэтаро отступил в дом.

– Конечно. Пожалуйста, входите.

Как только они зашли, мужчина спросил:

– Могу я предложить вам чай?

– Нет, благодарю, – ответил Хиро. – Мы не надолго.

Дом был слишком мал, чтобы в нем был отдельный коридор. Входная дверь открывалась прямиком в главную и единственную комнату. Всю нишу в восточном углу занимал огромный деревянный сундук, в котором, вероятно, хранились спальные принадлежности. Футон, скорее всего, был сложен и убран во встроенный шкаф, находящийся сразу с правой стороны. Ниша на северной стене сочетала в себе место для письменных принадлежностей и токонома. Очаг располагался в самом центре комнаты. В целом, весь дом измерялся шестью матами, что было немногим больше спальни Хиро.

В доме пахло сосновыми досками и сгоревшей древесиной. В воздухе витал легкий запах ладана, который, вероятно, исходил от одежды Хидэтаро, вернувшегося с медитации. Хиро сделал глубокий вдох, но не уловил ни запаха еды, ни топленого жира, ни разложения. Вообще никакой неприятной вони.

Запах в доме напомнил Хиро то, как пахло в тренировочном помещении в школе Ига, где синоби обучался скрытности и проникновению. В том доме никто не жил, он не был пронизан запахом человека. Хиро частенько прокрадывался внутрь, когда был ребенком, и спал там, окруженный успокаивающим ароматом кедра, бумаги и сосны.

Не таким он представлял запах в доме убийцы.

Хидэтаро провел их к очагу. Хиро пропустил вперед отца Матео, поэтому священнику пришлось занять почетное место справа от Хидэтаро. Сам же Хиро уселся напротив иезуита.

– Чем я могу вам помочь? – спросил Хидэтаро.

От его прямолинейности брови Хиро поползли вверх.

– Время Саюри на исходе, – сказал Хидэтаро. – Нет времени на хорошие манеры.

– Очень хорошо, – сказал Хиро. – Когда вы узнали, что Хидэтаро хочет стать покровителем Саюри?

Хидэтаро заморгал:

– Я не знаю, о чем вы говорите.