Читаем Король Иоанн полностью

О боже! Если бы в глаза тебе попала Соринка, мошка, волос иль песчинка Ты понял бы, как может эта малость Измучить нас, - и замысел лихой Чудовищным тебе бы показался.

Хьюберт

А обещанье? Придержи язык.

Артур

Мой Хьюберт, чтоб молить о паре глаз, Двух языков, пожалуй, не хватило б. Не затыкай мне рта, не надо, Хьюберт. А то уж лучше вырви мне язык, Но пощади глаза, чтоб мог я видеть, Чтоб на тебя хотя бы мог смотреть. Клянусь душой, железо ведь остыло, И глаз не выжжет.

Хьюберт

Раскалю опять.

Артур

Не сможешь, нет. Огонь погас от горя, Что им хотят невинного пытать, Им, созданным на благо людям. Хьюберт, Ты видишь: угли не пылают злобой, Дыханье неба охладило жар И пеплом покаянья их покрыло.

Хьюберт

Мое дыханье оживит огонь.

Артур

И угли, Хьюберт, тотчас покраснеют, Но от стыда за то, что ты творить. Пожалуй, стыд в глазах твоих зажжется. Когда хозяин псу кричит: «Куси!» Порою пес в него вцепиться может. Все, чем ты мне хочешь повредить, Откажется служить: огонь, железо, Хотя и не привычны к милосердью, Способны сжалиться; лишь ты - жесток!

Хьюберт

Пусть будет так! Отрады жизни, глаз, Я не лишу тебя за все богатства, Что мне сулил твой дядя! Все же знай: Я клятву дал, что выжгу их железом.

Артур

Теперь ты снова Хьюберт, и снята С тебя личина!

Хьюберт

Хватит слов. Прощай. Известье ложное, что ты погиб, От псов-шпионов дядя твой получит. Спи, милое дитя, не зная страха: За все сокровища земные Хьюберт Тебе вреда не причинит.

Артур

Мой бог! Спасибо, Хьюберт!

Хьюберт

Тише! Замолчи. Иди за мной неслышно. Нынче я В большой опасности из-за тебя.


Уходят.


СЦЕНА 2

Дворец короля Иоанна.

Входят король Иоанн в короне, Пембрук, Солсбери и другие лорды. Король садится на трон.


Король Иоанн

Вновь мы воссели здесь и вновь - в короне; И вы, надеюсь, рады видеть нас.

Пембрук

Не будь на то высокой вашей воли, И нужды не было бы в повторенье: Вы были коронованы, и с вас Достоинство монаршее не снято... Народной верности не оскверняли Мятежные порывы, и страна Не волновалась жаждой перемен.

Солсбери

Торжественный обряд свершить вторично, Еще украсить полный блеска сан, Позолотить червонец золотой, И навести на лилию белила, И лоск на лед, и надушить фиалку, И радуге прибавить лишний цвет, И пламенем свечи усилить пламя Небесного сияющего ока Напрасный труд, излишество пустое.

Пембрук

Мы не перечим воле короля, Но все ж похоже это на рассказ, Без нужды пересказанный вторично И скуку нагоняющий на всех.

Солсбери

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия