Логу уже исполнилось тридцать четыре года, и у него было двое сыновей, но тем не менее он решил идти добровольцем. Его забраковали по медицинским показаниям: после окончания школы он, играя в футбол, упал, сильно ударился и размозжил колено, что исключало серьезные занятия спортом и службу в армии. «Я вступил в стрелковый клуб, но вынужден был бросить его, потому что не смог бы маршировать, — сказал он в газетном интервью, которое появилось во время войны. — Боюсь, что, став солдатом, я после первого же длинного перехода вышел бы из строя на несколько недель и оказался лишь обузой для своей страны».

Ему не пришлось перенести ужасы Галлиполи, но Лог все же намерен был внести вклад в усилия своей воюющей страны. Он направил всю энергию на организацию выступлений, концертов и различных представлений любительских театров Перта в помощь фонду Красного Креста, французскому Фонду заботы, бельгийскому Фонду помощи и другим благотворительным организациям. Программы часто представляли собой любопытную смесь глубоко серьезного и комического. Во время выступления группы «Квартет из Фримэнтла» в июле 1915 года Лог начал программу, по словам рецензента, «драматизированной декламацией „Адских ворот Суассона“[17], где выразительно описывался подвиг двенадцати солдат Королевских инженерных войск, преградивших немцам путь к Парижу в сентябре минувшего года». А потом заставил публику безудержно хохотать над несколькими «восхитительно смешными пустячками».

До сих пор деятельность Лога была связана с декламацией и драмой, но теперь он попытался применить свои знания о голосе так, чтобы получить возможность помогать военным, у которых вследствие контузий и газовых атак развились нарушения речи. С некоторыми он добился успеха, включая таких, кому госпитальные врачи уже сказали, что помочь им невозможно. Достижения Лога были подробно описаны в статье, которая появилась в «Уэст Австрэлиен» в июле 1919 года под драматическим заголовком «Немые говорят».

Первым его успехом был, по-видимому, случай Джека О’Дуайера, бывшего рядового из Уэст-Ледервилла, которого он встретил в пертском пригороде. В начале года Лог оказался в вагоне поезда рядом с незнакомым солдатом: он обратил внимание, как тот, наклоняясь к двум своим товарищам, разговаривает с ними шепотом. «Мистер Лог обдумал увиденное и, перед тем как выходить во Фримэнтле, дал солдату свою карточку и предложил прийти к нему на прием», — пишет журналист. О’Дуайер, как оказалось, был отравлен газом при Ипре в августе 1917 года, и в лондонском госпитале ему сказали, что он никогда больше не сможет говорить. В госпитале Тидворта под Солсбери его пытались лечить суггестивным и гипнотическим методами, но они не дали результата. И вот 10 марта 1919 года бедняга пришел к Логу.

Лог был уверен, что сможет ему помочь. Насколько он мог судить, газ затронул горло, нёбо и гланды, но не голосовые связки — и это вселяло надежду. Однако это была лишь теория, ему предстояло применить ее на практике. Через неделю Логу удалось добиться вибрации голосовых связок, и его пациент смог произнести ясное и отчетливое «ах». Лог продолжил, показывая пациенту, как надо артикулировать: в значительной степени так же, как мать учит младенца говорить. Менее чем через два месяца О’Дуайер полностью излечился.

Лог определил способ лечения (которое — он ясно дал понять — было бесплатным) как «терпеливое обучение подаче голоса в сочетании с поддержкой в пациенте веры в результат» — то самое соединение физического аспекта с психологическим, ставшее впоследствии характерной особенностью его работы с королем. Это резко отличалось от гораздо более грубых методов, включая электрошоковую терапию, уже опробованных на пациентах в Британии — по всем признакам, безрезультатно.

Ободренный излечением О’Дуайера, Лог повторил свой успех с пятью другими бывшими военными, среди которых был Дж. П. Тилл, отравленный газом, когда в составе австралийских войск сражался при Вильер-Бретонне на Сомме. Когда Тилл обратился к Логу 23 апреля того же года, у него отсутствовала вибрация голосовых связок и то, что осталось от его голоса, можно было расслышать не дальше полуметра. Лог выписал его 17 мая, после, судя по всему, полного выздоровления. «Сказать по правде, я недели три говорил без остановки, — рассказал Тилл газетчикам. — Друзья шутили: „Ты что, никогда не замолчишь?“ А я им отвечал: „Мне нужно наговориться за все потерянное время“».

Глава третья ПЕРЕЕЗД В АНГЛИЮ