Читаем Корела и Русь полностью

Неповторимое своеобразие материальной культуре корелы придают серебряные и медные цепедержатели: спиралевидные и ажурные крестообразной формы. Их назначение ясно из названия — держать цепи нагрудных украшений. Спиралевидные представлены изделиями простой формы и с более усложненной орнаментацией. Первые обнаруживают значительное сходство с бронзовыми спиральными держателями начала XI в., найденными в Финляндии, а те в свою очередь восходят еще к более ранним типам. Изделия с усложненным декором, напротив, можно считать типичным древнекарельским изобретением. Отдельные экземпляры встречены на островах Готланд и Сааремаа, на Ижорском плато, у Костромы, в Орешке и Новгороде.

Ажурные цепедержатели за пределами территории древних карел почти неизвестны (собраны лишь в разрушенном погребении у д. Мишкино, уже упоминавшемся в связи с находками других этнических вещей корелы), что позволяет считать их истинно предметами украшения корелы.

Цепи из серебра, бронзы, железа — обычные ювелирные изделия, носимые женщинами на груди. Они соединяли нагрудные украшения, от которых спускались дополнительные цепочки с висевшими на одном конце копоуш-кой, на другом — ножом и т. д. Нагрудные цепи состояли из одинарных, двойных, тройных колечек различной толщины и диаметра. Фантазия мастеров-ювелиров привела к созданию цепей из бронзовых пластин, костыльков с ушками, крупных железных восьмеркообразных звеньев. У древних карел, проживавших на Карельском перешейке, использовались железные цепи (за одним исключением), в могильниках Саво — и те и другие.

Копоушки одновременно использовались в гигиенических целях — для чистки ушей — и служили украшением женского древнекарельского костюма. Такие изделия обычны для финно-угорских народов, заселявших обширные территории. Западнее Корельской земли они неизвестны. Отдельные находки в Финляндии свидетельствуют о проникновении туда какой-то части корелы. Копоушки крепились железной цепочкой к правой части нагрудного гарнитура (овально-выпуклая фибула — Ф-образная про-низка — цепедержатель) и спускались ниже пояса. Делались из серебра, медных сплавов и железа. Единственное изделие из кости имело два неидентичных изображения: на одной стороне — акантовый узор, на другой — человеческая фигура во весь рост.

Немногочисленные шумящие подвески носились на длинной цепочке, спускающейся от нагрудного украшения до пояса, в одних случаях с правой стороны, в других — с левой. Такое расположение характерно для финно-угорских народов, использовавших их в качестве оберегов. Создается впечатление, что шумящие подвески не производились древними карелами: качественно они разнообразны, а представлены одним-двумя образцами. Такое могло произойти, если изделия где-то покупались. Это подтверждает уже давно высказанную мысль, что некоторые украшения, и в частности шумящие, изготовлялись в Новгороде, откуда расходились в разных направлениях и йседали на инородных территориях.

Ножи — наиболее распространенные и универсальные предметы. Среди них есть боевые, бытовые и ножи с медными орнаментированными рукоятями в ножнах. Последние, нарядные, искусно украшенные, принадлежали обычно женщинам. Их прикрепляли к нагрудным цепочкам, свисавшим чуть ниже пояса с правой или левой стороны. Мужчины же, как правило, пользовались обыкновенными, простыми ножами, имевшими чисто практическое назначение. У женщин, разумеется, ножи исполняли, кроме того, и декоративную функцию. Ей были подчинены и форма изделия, и материал, идущий на рукояти и ножны, и сам орнамент. Лезвие таких ножей занимало меньше половины всей длины и для каких-то серьезных операций было малопригодным, зато сама рукоять в форме усеченного конуса, слабо расширяющегося кверху, украшалась орнаментом в виде плетенки.

На территории летописной корелы ножи с орнаментированными рукоятями встречены и в могильниках, и на поселениях. Отдельные предметы известны в Северной Швеции, на Ижорском плато, в городах Копорье, Орешек и Новгород. Несмотря на такую широкую распространенность, изделия являются индикатором древнекарель-ской этнической принадлежности, независимо от того где они производились и куда попали в результате сложных торгово-культурно-экономических связей. К ним, как и к шумящим подвескам, в равной степени приложимо объяснение о производстве их в Новгороде по заказу корелы. Не исключается изготовление на месте, ведь все-таки рукояти отличались друг от друга некоторыми деталями.

Перейти на страницу:

Все книги серии История нашей Родины

Рассказывает геральдика
Рассказывает геральдика

В книге рассматривается вопрос о том, где, когда и как появились первые геральдические эмблемы на территории нашей Родины и что они означали на разных этапах ее истории. Автор прослеживает эволюцию от простейших родовых знаков до усложненных изображений гербов исторических личностей, городов, государств. Читатель узнает о том, что древнейшие гербовые знаки на территории нашей Родины возникли не как подражание западноевропейским рыцарским гербам, а на своей, отечественной основе. Рассказывается о роли В. И. Ленина в создании герба Страны Советов, о гербах союзных республик. По-новому поставлен ряд проблем советской геральдики, выявляются корни отечественной производственной эмблематики.В. С. Драчук - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института археологии Академии наук УССР, специалист в области археологии и вспомогательных исторических дисциплин. Он автор книг: «Тайны геральдики» (Киев, 1974), «Системы знаков Северного Причерноморья» (Киев, 1975), «Дорогами тысячелетий» (Москва, 1976) и др.

Виктор Семенович Драчук

Геология и география / История / Образование и наука

Похожие книги

Еврейский мир
Еврейский мир

Эта книга по праву стала одной из наиболее популярных еврейских книг на русском языке как доступный источник основных сведений о вере и жизни евреев, который может быть использован и как учебник, и как справочное издание, и позволяет составить целостное впечатление о еврейском мире. Ее отличают, прежде всего, энциклопедичность, сжатая форма и популярность изложения.Это своего рода энциклопедия, которая содержит систематизированный свод основных знаний о еврейской религии, истории и общественной жизни с древнейших времен и до начала 1990-х гг. Она состоит из 350 статей-эссе, объединенных в 15 тематических частей, расположенных в исторической последовательности. Мир еврейской религиозной традиции представлен главами, посвященными Библии, Талмуду и другим наиболее важным источникам, этике и основам веры, еврейскому календарю, ритуалам жизненного цикла, связанным с синагогой и домом, молитвам. В издании также приводится краткое описание основных событий в истории еврейского народа от Авраама до конца XX столетия, с отдельными главами, посвященными государству Израиль, Катастрофе, жизни американских и советских евреев.Этот обширный труд принадлежит перу авторитетного в США и во всем мире ортодоксального раввина, профессора Yeshiva University Йосефа Телушкина. Хотя книга создавалась изначально как пособие для ассимилированных американских евреев, она оказалась незаменимым пособием на постсоветском пространстве, в России и странах СНГ.

Джозеф Телушкин

Культурология / Религиоведение / Образование и наука
Время, вперед!
Время, вперед!

Слова Маяковского «Время, вперед!» лучше любых политических лозунгов характеризуют атмосферу, в которой возникала советская культурная политика. Настоящее издание стремится заявить особую предметную и методологическую перспективу изучения советской культурной истории. Советское общество рассматривается как пространство радикального проектирования и экспериментирования в области культурной политики, которая была отнюдь не однородна, часто разнонаправленна, а иногда – хаотична и противоречива. Это уникальный исторический пример государственной управленческой интервенции в область культуры.Авторы попытались оценить социальную жизнеспособность институтов, сформировавшихся в нашем обществе как благодаря, так и вопреки советской культурной политике, равно как и последствия слома и упадка некоторых из них.Книга адресована широкому кругу читателей – культурологам, социологам, политологам, историкам и всем интересующимся советской историей и советской культурой.

Валентин Петрович Катаев , Коллектив авторов

Культурология / Советская классическая проза
Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1
Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1

Данная книга является первым комплексным научным исследованием в области карельской мифологии. На основе мифологических рассказов и верований, а так же заговоров, эпических песен, паремий и других фольклорных жанров, комплексно представлена картина архаичного мировосприятия карелов. Рассматриваются образы Кегри, Сюндю и Крещенской бабы, персонажей, связанных с календарной обрядностью. Анализируется мифологическая проза о духах-хозяевах двух природных стихий – леса и воды и некоторые обряды, связанные с ними. Раскрываются народные представления о болезнях (нос леса и нос воды), причины возникновения которых кроются в духовной сфере, в нарушении равновесия между миром человека и иным миром. Уделяется внимание и древнейшим ритуалам исцеления от этих недугов. Широко использованы типологические параллели мифологем, сформировавшихся в традициях других народов. Впервые в научный оборот вводится около четырехсот текстов карельских быличек, хранящихся в архивах ИЯЛИ КарНЦ РАН, с филологическим переводом на русский язык. Работа написана на стыке фольклористики и этнографии с привлечением данных лингвистики и других смежных наук. Книга будет интересна как для представителей многих гуманитарных дисциплин, так и для широкого круга читателей

Людмила Ивановна Иванова

Культурология / Образование и наука