Было очень поздно. Несмотря на светлый июльский вечер, тени огромных ангаров погрузили набережную в густую темноту. Только кое-где ее нарушали редкие огни фонарей. К тому же набережная была совершенно пустынна. Все конторы давно закрылись, грузчики разошлись по домам. Ни одного ночного сторожа, ни одного вахтенного на борту причаливших к набережной судов. Можно было подумать, что Гюстав оказался в безлюдном, мертвом мире!

Внезапно Гюстав заметил тень, скользившую вдоль ангара; потом мелькнула вторая тень… Люди!

Он бросился к ним.

— Эй, господин! Господин!

Тени остановились. Гюстав подошел к ним, надеясь на помощь. Но прежде чем он открыл рот, сильный удар швырнул его на землю. И это был удар, нанесенный не кулаком, а дубинкой, и такой сильный, что он почти потерял сознание.

Несмотря на сильную боль в голове, он попытался встать, но его схватили мускулистые руки и поволокли по земле. Он хотел позвать на помощь, но жесткая ладонь, пахнущая смолой, заткнула ему рот. И его продолжали тащить в неизвестном направлении.

Бедняга понял, что его ждет: его волокли к набережной. Скоро из темноты вырисовался контур высокого судна и послышался плеск волн. Конец был неизбежен… Наверное, напавшие на него преступники собирались бросить его в воду между пирсом и бортом одного из кораблей.

Внезапно сжимавшие его тиски разжались. Он услышал, удалявшийся от него топот. Луч карманного фонаря осветил его лицо, и кто-то рядом с ним возмущенно воскликнул:

— Что здесь происходит?

Гюстав пробормотал несколько слов на английском, но ему тут же ответили на прекрасном нидерландском:

— Готов поклясться, что имею дело с соотечественником! Ты с какого судна, парень?

— С «Доруса Бонте», — ответил Гюстав с трудом, так как у него от волнения сильно стучали зубы. — Я не могу найти его.

— Это судно, что загружает уголь? Я вас сейчас проведу к нему. Да, молодой человек, должен сказать вам, что вам крупно повезло! Вы едва не стали жертвой этих портовых крыс, жутких убийц с длинными мешками песка, которые они используют в качестве дубинки. Какая жалость, что я не захватил свой револьвер! Я бы наградил их несколькими пулями… Ну, идем!

Оказалось, что это рулевой с голландского траулера, причалившего к набережной неподалеку от судна Гюстава. Всего через четверть часа он оказался на борту «Доруса Бонте».

Голландец с удовольствием согласился опрокинуть стаканчик рома, предложенный ему Пьером Капларом.

— По правде говоря, — заявил он, когда его стакан был снова наполнен ромом, — я крайне удивлен, что бандиты этого сорта все еще встречаются в Абердине. Я был уверен, что их перевешали много лет назад. Конечно, в порту по-прежнему кишат воришки, контрабандисты и даже пираты. Но мерзавцы, убивающие людей ради удовольствия, засунув им в рот эту гадость… Черт возьми, я был уверен, что их больше нет!

Он показал Каплару кусок красной резины.

— У вашего парня это было в зубах, когда я помог ему встать на ноги. Похоже на кусок красной резиновой перчатки. Забавно, не так ли?

Помощник капитана взял странный предмет и внимательно осмотрел его.

— Действительно, это кусок перчатки. Интересно, кто в наши дни пользуется красными резиновыми перчатками? Он вам не нужен?

— Нет, конечно! Добавьте его к вашей коллекции курьезов!

Рулевой громко рассмеялся и распрощался.

Оставшись в одиночестве, Пьер Каплар задумчиво повторил:

— Не понимаю, кто сейчас может пользоваться такими перчатками?

Он спрятал кусок резины в карман и скользнул задумчивым взглядом по ярко светившимся в небе созвездиям.

— Похоже, не стоит легкомысленно относиться к этому случаю, — пробормотал он. — Рано или поздно, но я разберусь… Как бы там не было, одно следует считать очевидным: мне нужно приглядывать за этим парнишкой… Кто-то явно старается убрать его…

Он зашел в каюту, где отдыхал Гюстав. Юноша сидел на краю своей койки, приложив к голове холодный компресс.

— Гюстав, — сказал Каплар серьезным тоном, — на твоем месте я не стал бы никому рассказывать об этом приключении.

— Не понимаю, почему? — удивился молодой человек.

— Потому, что ты должен быть осторожным, мой юный друг, и потому, что у меня есть большой опыт давать хорошие советы таким дуралеям, как ты.

Впечатленный серьезным тоном Каплара, Гюстав, не задумываясь, пообещал молчать.

Глава V

Голоса во время шторма

Когда «Дорус Бонте» покинул абердинский порт, дул сильный южный ветер, что позволило поднять все паруса. Шотландский берег слева от них постепенно скрылся за горизонтом. Море было заполнено судами. Траулеры один за другим обгоняли «Дорус Бонте».

— Они собираются очистить ноль, — со смехом сказал Пьер Каплар.

— Что значит: «очистить ноль»? — поинтересовался заинтригованный Гюстав.

— Когда так говорят, имеют в виду прежде всего нулевой, или гринвичский, меридиан, — объяснил Пьер. — Посмотри на карту и проследи, как вертикальная линия проходит почти через Лондон. Это и есть нулевой гринвичский меридиан. Точка его пересечения с 58-й параллелью и считается этим нулем. Интересно, что в этой точке всегда собирается неисчислимое множество косяков рыбы.