Читаем Контролер полностью

– Дальше вы звоните своим, чтобы этот «Табун» взяли под контроль. Ящики с контейнерами находятся в правом дальнем углу склада, надеюсь, ваши люди не заблудятся.

Он схватил телефон и начал давить на кнопки.

– Так, в чем заключается ваше требование?

– Руководство НИИ и те, кто отвечает за его безопасность, должны... – едва не сказал: «...быть торжественно кастрированы на центральной площади Никольска под звуки духового оркестра», – огрести за это по полной.

– Это и есть ваше первое требование?

– Совершенно верно.

– Принимается, – нехорошо усмехнулся он. – А что еще ждет моих людей в этом НИИ, засада?

– Никакой засады, всего-навсего четыре трупа, шесть похмельных охранников и два пустых автомобиля к юго-западу от центрального входа.

– Ваша работа?

– Вы имеете в виду охранников?

– Конечно же, нет, – он улыбнулся половиной рта, и я вдруг понял, что где-то этого мужика уже видел.

– Мы с другом просто проходили мимо.

– Неужели?

– Послушайте, Николай Николаевич, вы кто, вообще, переговорщик или следователь?

Прекратите меня допрашивать и налаживайте диалог.

– Виноват, что дальше?

– Дальше будем ждать доклада ваших из института... – нет, где же я все-таки его видел?

Негромко пискнул в нагрудном кармане телефон.

– Прошу прощения, – я встал, взял со стола трофейные наручники и соединил ими левую руку переговорщика и батарею. – Это ненадолго.

Прошел за угол и достал из кармана трубку и раскрыл ее. В левом верхнем углу окошка появилось изображение, маленький желтый конвертик. Кто-то прислал мне сообщение, правда, без слов. Впрочем, никакие слова уже не требовались. Все, операция окончена.

Вытерев пот со лба, пересек коридор, вошел в туалет, обычный грязный больничный сортир. Унитазов здешним болящим не полагалось, их заменяли возвышения с дырами. В одну из этих дыр и нырнули SIM-карты с моих телефонов, за ними последовали сами трубки, вернее, их осколки (перед тем, как пустить средства связи в автономное плавание по канализации). Во вторую дырку я бросил патроны, а в третью – пистолет в разобранном виде. Дернул за веревочки и под песни фановых труб заспешил обратно.

– Извините за доставленное неудобство, – я освободил пленника от оков, сел за стол и протяжно зевнул.

– Может, поспите... – заботливо предложил полковник. Почему полковник? Да потому, что я вспомнил, где мы с ним встречались. Четыре с половиной года назад у моего командира. Полковник присутствовал в качестве изображения на висящей на стене фотографии. И никакой он не Сидоркин, а Саибназаров, Равшон Саибназаров, отчества не знаю, полковник ФСБ, начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Чистокровный таджик с Памира, там таких истинных арийцев – пруд пруди. Как это, интересно, он угодил в переговорщики? Впрочем, какая разница.

* * *

Угадайте с трех раз, что общего у Ленинградского вокзала и любого столичного аэропорта. Размеры? Ни в коем случае, в здании любого, кроме Быково, конечно, аэропорта без проблем поместятся три Ленинградских и еще место останется. Чистота? Опять мимо, аэропорты засраны не меньше, чем сортиры рабочего общежития, а уже упомянутый Ленинградский, можно сказать, любовно вылизан. Тогда, может быть, цены тамошних общепитов? Совершенно верно.

Зайдите при случае в любое кафе или в бар на Ленинградском и попросите у официанта меню. Читать его настоятельно рекомендуется сидя. Ознакомьтесь с ценами, подождите, пока рассеется туман в глазах, осторожно встаньте на ноги и топайте оттуда по холодку, куда подальше. Уверяю вас, цифры крепко западут вам в память и еще долго будут являться в кошмарных снах.

Крохотная, в два плевка объемом, чашечка не самого лучшего кофе по цене бутылки очень приличной водки, скудный завтрак, сопоставимый по стоимости с обедом в не самом дешевом ресторане, все это как нельзя лучше способствует тому, что в вокзальных харчевнях всегда много свободных мест. Быть может, их владельцы ожидают массового заезда арабских шейхов со свитами, а может, им просто нравится работать в убыток, не знаю, но факт есть факт.

Этот человек вошел в полупустой Ленинградский в девять часов утра с небольшими минутами. Азиат из ближнего зарубежья, судя по внешнему виду, одетый дорого, но без особого вкуса. С коричневым кожаным саквояжем в одной руке и свежей газетой – в другой. Очень в стиле тамошнего дресс-кода, даже постоянно отирающиеся на вокзале карманники являются на рабочие места в отглаженных брюках и до блеска начищенной обуви. Иначе милиция не пропустит. Кстати, вот и она.

Двое скучающих у аптечного киоска милиционеров при виде незнакомца встрепенулись и двинулись наперерез..

– Лейтенант Слюсарь, прошу предъявить документы.

– Пожалуйста... – мужчина извлек из внутреннего кармана шикарного кожаного пальто документ и протянул стражу правопорядка.