Читаем Контролер полностью

Как известно, раненому в грудь, лучше сидеть, вернее, полулежать, чем просто лежать. Поэтому, перевязав Киру, я усадил его в доставшуюся нам в качестве трофея старенькую, но просторную «Волгу» ГАЗ-3110. Заревел двигатель, машина тронулась, в полном соответствии с избитой, но актуальной истиной о необходимости смыться вовремя, мы скромно, по-английски покидали поле боя, оставив там четверых остывающих, шестерых мертвецки пьяных и два автомобиля у забора – нашу невнятного цвета «семерку» и зеленый УАЗ-452, в просторечии – «таблетку».

Не доезжая железнодорожного переезда, я повернул направо и сбавил скорость до минимума, то, по чему мы в полной темноте ехали, можно было назвать чем угодно, но не дорогой. Кира застонал.

– Потерпи чуток, сейчас будем на месте, – перед тем как выезжать в Никольск из Москвы, я на всякий случай ознакомился с планом города. Как чувствовал.

– Игорь, – чуть слышно проговорил он, и я испугался, что он начнет сквозь стоны говорить о прошлых взаимных обидах, просить прощения и все такое. Я совсем не собирался его прощать, во-первых, потому что не за что, а, во-вторых, не место и не время. Потом как-нибудь, не сейчас, посидим за хорошо накрытым столом, примем на грудь и посмотрим друг другу в глаза. Сразу все станет ясно, – Игорь, – повторил он, – Все как с Сироткой, – машину подбросило, Кира чуть слышно выматерился.

– Будь человеком, помолчи, – жалобно попросил я. Машина ползла зигзагом, но все равно постоянно проваливалась и подпрыгивала.

– Все хотел спросить, – не успокаивался раненый. – Как вы тогда... – он помолчал немного, набрался сил и опять заговорил: – Как вы тогда выкрутились?

– Очень просто... – машину в очередной раз подбросило, и я прикусил язык. – Заехали к частному врачу и захватили его вместе с медсестрой.

– Здесь... нет таких.

Это точно, частные врачи с операционной на дому здесь не водятся. Именно поэтому я решил захватить целую больницу.

Еще один поворот, и машина выехала на приличную дорогу. Последние триста метров до больницы мы прокатились быстро и с полнейшим комфортом. Приехали. Выскочив из машины, я принялся давить на кнопку звонка, потом начал колотить в железную дверь кулаками. Наконец засов щелкнул, и калитка приоткрылась.

– Открывай ворота! – заорал я, шагнув вперед. В грудь мне уперлась резиновая дубинка.

– Чего шумишь? – высоченный, кажущийся просто квадратным в теплой куртке, мордатый мужик, протяжно зевнул и слегка подтолкнул меня ладонью. Пришлось сделать шаг назад.

– У меня в машине раненый.

– Звони в «Скорую», – равнодушно бросил он, захлопнул калитку и пошел досыпать.

Я отошел еще на пару шагов назад и с разбегу приложился ногой в калитку. Получилось достаточно громко. Потом еще раз и еще.

Вот теперь я действительно его рассердил. Охранник распахнул калитку и вышел ко мне.

– Значит, по-хорошему не хочешь? – вкрадчиво спросил он и поднял свою дубину.

– Там человек умирает, – пискнул я.

– Товарищ не понимает, – он скорбно покачал головой. Дубина продолжила движение за спину, остановилась и резко пошла на встречу с моей буйной головой.

Одновременно с этим я шагнул вперед и без лишних церемоний врезал ему по зубам рукояткой пистолета. Он замычал и согнулся от боли, а я пинком вбил его вовнутрь, протащил несколько метров, держа за шиворот, и затолкал в дежурку. Там добавил пару раз, теперь уже по башке, после чего подтащил его тушу к торчащей из стены трубе и приковал к ней его же собственными наручниками. Нажал на кнопку, ворота медленно открылись.

Смотрели фильм «Убить Билла»? Там одну тетку сбрасывают с пригорочка прямо к дверям японской больницы, потому что дело происходит в Японии. И сразу же появляется медперсонал с каталками и каким-то еще оборудованием, все шумят, суетятся, стремятся помочь. Так, вот, не в Японии живем. Для того чтобы два облома из числа все той же охраны открыли дверь больничного корпуса, пришлось разбить оконное стекло. Только тогда они восстали ото сна и выскочили наружу с громким матом и дубинами наперевес.

Чтобы не терять понапрасну время на беседы и жесты, я просто пальнул им под ноги из пистолета, и мы сразу же достигли консенсуса. Мигом нашлась каталка, правда, не такая красивая, как в том фильме. Киру переложили на нее. Пристегнутые к каталке стражи, поминутно с испугом оглядываясь на меня, быстро покатили ее по коридору. Настолько быстро, что я с трудом за ними поспевал.

Дежурившая за столом медсестра, при виде нас замахала ладошкой, девушка, видно, решила, что мы все ей приснились. Потом все как-то потихоньку наладилось. Появился врач, совсем еще молодой парень с шальными глазами, весь в губной помаде и засосом на шее. С косо висящим на лацкане халата бейджем. Как мог, я доходчиво объяснил ему, что мой друг должен выжить и наобещал ему всякого и разного в случае удачи или неудачи. По-моему, он поверил. Когда Кирилла увозили в операционную, он с трудом приподнял голову.

– И все-таки... – выглядел он очень неважно.

– Точно, Кир, мы их урыли. Ты держись давай, не вздумай ласты склеивать.

– Постараюсь, уходи, – тут ему стало совсем кисло.