Читаем Констрикторы полностью

- Совсем нет, - отчетливо выговаривая каждое слово, возразил он. Это лишь одна из огромного комплекса защитных мер - лишь ее дискуссионность заставила вас, господа, отвлечься от плана в целом. Итак, план в целом выглядит так: первое: полная изоляция эпидемиологически опасной зоны. Не посты на дорогах, которые кого угодно пропускают к вам за взятки, а настоящее оцепление воинскими частями. Дальше - для того, чтобы эта мера сработала, требуется разрешить применение оружия для пресечения попыток выхода за пределы контролируемой зоны. Второе - организация эвакуации. Я против того, чтобы жители охваченного эпидемией города остались без защиты. Выпустить же их без контроля мы тоже не можем, так что все эвакуируемые лица будут помещаться на такие же охраняемые карантинные станции под наблюдение врачей и военных.

Они будут проживать там, покуда не пройдет так называемый латентный период заболевания - момент с начала заражения до проявления первых симптомов. Те, кто выдержит проверку, будут отпущены под наблюдение более мягкое, а затем и вовсе от него избавятся. Кроме того, надо будет принять ряд мер по поддержанию порядка в самом городе, о чем сейчас все попросту забыли. И, главное, что мы не должны забывать ни на миг: мы - спасители, а не каратели...

- ...Толковый мужик, - кивнула в сторону телевизионного экрана Эльвира. За короткое время она успела продымить всю комнату, от густого сигаретного дыма Ала то и дало кашляла, но сделать гостье замечание так и не решилась. - Он прав на все сто процентов. Помогать надо живым.

- Фашизм, - негромко проговорил "тихий", поигрывая пальцами на рукоятке швабры.

- Что вы сказали? - повернулся к нему Рудольф.

- Ничего. Вам послышалось, - возникла в ответ клоунская усмешка.

- И мне тоже? - поглядела на "тихого" и Альбина и под ее взглядом он усмехнулся еще сильней.

- Я оговорился, - ответил он. - Это не то слово. Просто случайная ассоциация. Уничтожение одних ради блага других... истинного или надуманного блага. Этого в истории было достаточно, вот я и вспомнил один из самых ярких аналогов.

- Так вы считаете, что Хорт не прав? - Эльвира потушила недокуренную сигарету. - Почему? Поверьте, мне интересно ваше мнение.

- Мне тоже, - поудобнее устроился в кресле Рудольф. Присутствие "тихого" в альбининой квартире все же несколько раздражало его, как и то, что этот человек... (Кем же он был? Химиком? Экологом? Так или иначе каким-то ученным...) - Хотя это - всего лишь ваше мнение.

- Ну, не скажите, - вставила вдруг Эльвира, прежде чем "тихий" успел открыть рот. - Когда спрашиваешь пророка... можно ли считать его мнение его личным?

- Ого! - приоткрыла рот Альбина.

- Она шутит, - неловко указал жестом на журналистку "тихий".

- Не скромничайте! - Эльвира не собиралась отступать. - Господа, знаете ли вы, что перед вами находиться человек, предсказавший появление констрикторизма еще около пяти лет назад?

- Что? - Альбина вскочила с места. Мысли вихрем завертелись в ее голове: "Он - пророк? Настоящий, а не человек, возомнивший себя пророком? Уж не за это ли его заперли в сумасшедший дом - до тех пор пока его предсказания начали сбываться? Психи ведь верят в свои сверхъестественные предсказательские и прочие способности... конечно на их фоне настоящего пророка тоже примут за психа. Но почему тогда он сейчас не признается боится, что его вернут обратно туда? И какое отношение ко всему этому имеют похороны... или... - от этой мысли брови девушки поползли вверх, он и в самом деле умер и теперь воскрес? Если он действительно..."

Она была готова поверить во все, что угодно.

- Это серьезно? - усомнился Рудольф. Вот у него ни Эльвира, ни "этот тип", как он называл про себя "тихого" особого доверия не вызывали.