Читаем Консьерж полностью

В тот день Фиона пребывала в ужасном настроении. Что, на мой взгляд, было слегка необычно. Она заявила, что с тех пор, как в номерах появились айпады, постояльцы безостановочно трезвонят на ресепшен, жалуясь на медленное обслуживание и на то, что их просьбы остаются без ответа. Она составила список, который собиралась отнести американцу Дэйву. Фиону всегда раздражает, когда что-то идет вразрез с ее ожиданиями. Надувает щеки, краснеет, суетится, как безголовый цыпленок, не зная, в какую сторону кинуться. Безусловно, перспектива разговора с американцем Дэйвом встревожила ее, но она была готова пойти на это, чтобы оставить меня на должности консьержа.

Мистер Поттс в то утро тоже был какой-то взвинченный. Накануне сразу после одиннадцати часов вечера его вызвали в «Кавенгрин»: оказалось, что лимузин отеля заблокировал машину одного из поставщиков. А мистер Поттс – так вышло – случайно забрал ключи домой. У него были темные круги под глазами, и он даже двигался не так энергично, как всегда, хотя каждый раз, когда мимо проходил гость, он приосанивался. Он околачивался возле моего стола дольше обычного. Присутствие американцев в отеле сблизило его со мной и Фионой, точно мы заключили союз. Мистер Поттс ясно дал понять, что айпад меня не заменит, но касательно других сотрудников у него возникли опасения. Все служащие «Кавенгрина» были местными, что, думается мне, придавало отелю особое очарование. Но американцы планировали пригласить лучших специалистов в области гостиничного бизнеса из Дубая и США. Получается, я беспокоился только о себе, а вся команда тем временем находилась под угрозой увольнения. Стоит заметить, что атмосфера и впрямь казалась чуть более напряженной, чем обычно. Но мы постарались быть выше всего этого, чтобы наши личные проблемы не затрагивали гостей.

Никто из компании со свадьбы не явился к завтраку. Вместо этого я отправил им в номер тележку с яйцами, беконом, круассанами, фруктами и тому подобным, а также попросил доставить «Кровавую Мэри» в номер для новобрачных. Кухонный портье передал, что, судя по несколько сероватому цвету лица жениха, жест мой наверняка оценили по достоинству.

В то утро номер покинули только отчим и мама невесты. Они отправились прогуляться по саду, чтобы подышать свежим воздухом, и вернулись через сорок пять минут уже чуть посвежевшими. Они попросили меня забронировать столик, чтобы их компания, приехавшая на свадьбу, выпила чаю после обеда, что я заранее сделал, еще во время заезда.

Послеобеденный чай в «Кавенгрине» – это настоящее событие. Отель получил за него множество наград, и нас часто посещали журналисты и телевизионщики, желавшие испытать этот опыт на себе. Послеобеденный чай подается в ресторане «Лавандовые тарелки» через день в 15:00. На каждом столе в несколько ярусов расставлены угощения: треугольные канапе, кусочки торта, пирожные и булочки с джемом и взбитыми сливками. Все это подается с шампанским, которое льется рекой, а когда все блюда убирают, на террасе можно заказать сигары. Незабываемое впечатление. В мое время некоторые местные жители каждое воскресенье неукоснительно являлись на чай. Я всегда заглядывал в ресторан, чтобы поздороваться с гостями, пока они рассаживались. Но в тот день такой возможности не выдалось.

Ровно в 15:00 на моем столе тренькнул айпад. В седьмом номере понадобился лед; требовалось оставить ведерко на кофейном столике. Просьба казалась несложной. В 15:08 я постучал в дверь и крикнул: «Консьерж!» – просто из вежливости. Я прижался ухом к двери, но не расслышал ни ответа, ни шума душа, ни телевизора. Я вошел и поставил ведро на стол, как мне было велено. Обернувшись, я увидел заляпанный красным ковер, ведущий в ванную, где на полу лежало бездыханное окровавленное тело.

Тук-тук-тук!

Было совершенно ясно, что он мертв. Помню, как моргнул три раза. Трижды, медленно, пытаясь осмыслить увиденное. Почудилось, что я стою в этой комнате уже вечность. Такой беспорядок вокруг… Да, в номере царил ужасный бардак. До конца своих дней буду помнить эту картину. Увидеть мертвеца в отеле «Кавенгрин» – нечто из ряда вон выходящее. За гранью реальности. В «Кавенгрине» все всегда идеально. Вымытая до блеска плитка в ванной, обработанные паром ковры, и на них – лужи крови. Пугающее зрелище.

Я не стал подходить ближе, в этом не было необходимости. Я видел его. Полуоткрытые глаза, безжизненные веки… Отсутствующее выражение лица. Говорят, что от мертвецов исходит спокойствие, что вид у них умиротворенный, но тут все было иначе. Он лежал, чуть открыв рот, словно хотел позвать на помощь. Уверен, в последние минуты он и пытался это сделать.

Я понимал, что нужно сообщить кому-то. Выбежав в коридор, зажал рот рукой, пытаясь сдержать подступающую тошноту. Я едва мог дышать. В ушах звенело. Перед глазами плыли круги. Спотыкаясь, я мчался по коридору, хватаясь рукой за стену, чтобы не сбиться с пути. Толком не понимал, куда несут меня ноги, но помню, что двигались они быстро.