Читаем Коммандер Граймс (Сборник) полностью

- Теперь она будет сигналить не только им, но и нам. Как только устройство на вражеском фрегате откликнется, зазвенит зуммер - над этим как раз работает мистер Бакстер - и замигает красная лампочка. Так что мы будем предупреждены заранее.

- Все буд'т в порядке, шкип'р, - бодро откликнулся инженер.

- Благодарю, мистер Бакстер. А сейчас, если вы не возражаете, мне надо сказать несколько слов мистеру Граймсу наедине.

- То'ко не слишк'м пинайте его, шкип'р.

Бакстер с видом заговорщика подмигнул Граймсу и вышел из рубки.

- Мистер Граймс, - строго и серьезно заговорил капитан, - сегодня можно сказать, в самом начале вашей карьеры - вы получили урок, который не всякому доводится получить, вы убили человека - да, да, я знаю, что ненамеренно - и Вам посчастливилось увидеть конечный результат ваших действий. Многие из нас были убийцами. Многие нажимали кнопки, но ни разу не видели, что происходит на другом конце траектории снаряда. Возможно, люди, разрезанные лазерным лучом, выглядят не столь ужасно, как мистер Волвертон но, уверяю вас, это тоже не самое приятное зрелище. Бывает, они умирают столь же медленно и мучительно. Теперь вы видели насильственную смерть, мистер Граймс. Скажите, у вас еще не пропало желание играть на боевой волынке?

- А как выглядели тела на этом корабле, капитан? - спросил Граймс - и тут же, вспомнив, что среди них была женщина, которую Крейвен любил, обругал себя за бестактность.

- Не слишком привлекательно, - почти прошептал капитан.

- Я сыграю на боевой волынке, - решительно сказал Граймс - В вашу честь.

"И в честь Джейн Пентекост, - добавил он про себя. - И в честь всех остальных... А я?.. Самое скверное - чтоб я знал, чего мне это будет стоить..."

Глава 17

"Эпсилон Секстана" по-прежнему мчался сквозь темные измерения, сквозь пространство и время. Но на борту время не утратило своей власти. Хронометр отсчитывал минуты и секунды, подчиняя этот маленький рукотворный мирок самому могущественному богу Вселенной, в которого верили даже служители науки - Часам. В рубке и двигательном отсеке сменялись вахты, в положенное время еда появлялась и исчезала в желудках людей. Мало-помалу даже промежутки между дежурствами перестали казаться бесконечными. Кто-то нашел шахматы, кто-то достал карты и организовал школу бриджа.

И лишь одному роду развлечений, самому древнему и самому приятному из всех, не уделялось никакого внимания - к великому огорчению Граймса. Много раз мичман заговаривал об этом с Джейн, но она только поднимала его на смех. Он попытался настаивать - но только все испортил. Как заметила сама Джейн, он вел себя точно осел, которому дали попробовать морковку, а потом почему-то отобрали... Наверно, он действительно был ослом. Вот и все.

Что же все-таки произошло? Граймс часами ломал голову, но так и не мог понять. Он был молод и не слишком опытен в отношении женщин - точнее, отношений женщин и мужчин. Но Джейн просто не могла заинтересоваться кем-то другим, пусть даже мимолетно - одним из механиков или тем более псиоником, вялым тщедушным юнцом. Он не верил - и, как ни странно, был абсолютно прав.

"Э.С." был очень неплохо оборудован для корабля своего класса. Помимо обычного интеркома, на нем была установлена видеосвязь. В случае крайней необходимости капитан или вахтенный офицер, повернув тумблер, мог увидеть, что происходит в любом отсеке корабля. На панели управления большими красными буквами значилось: "Только в случае чрезвычайных обстоятельств". Граймс не знал, каково наказание за самовольное пользование аппаратом на торговых судах - но на военном флоте за такое полагалось позорное увольнение с полным разжалованием. Когда людям - мужчинам и женщинам - приходится долгое время жить и работать в замкнутом пространстве, право на уединение начинает цениться очень высоко.

Граймс дежурил в рубке.

Когда он заступал на вахту, дежурство обещало быть таким же скучным, как и всегда. Все, что требовалось от вахтенного - не заснуть. Граймс не спал. Он пронес в рубку книжку, спрятав ее под рубашкой, и какое-то время развлекался чтением. Затем, по примеру бесчисленных поколений скучающих вахтенных офицеров, принялся за трехмерные крестики-нолики в пространственном модуляторе - правая рука против левой. Левая рука заметно опережала правую, когда услышал характерное дребезжание. Граймс тут же очистил модулятор и посмотрел на панель шлюзовых индикаторов. Ничего. И тут мичман сообразил, что это сигнал интеркома.

- Рубка слушает, - сказал он в микрофон.

- Офицер псионической связи. Я у себя. Я... мне очень плохо, мистер Граймс.

- С чего это вдруг? - саркастически поинтересовался Граймс.

- Я... я задыхаюсь.

- Что-то с вентиляцией?

- Нет. НЕТ. Это похоже на... толстое одеяло, пропитанное ледяной водой... Не можешь двигаться... не можешь кричать... не можешь слышать... Совсем как тогда...

- Когда? - фыркнул Граймс.

И тут взревел зуммер. На сигнальной панели вспыхнул красный огонек. Ответ был очевиден и не требовал пояснений.