— Однажды ты сказала, что романтические бредни — удел глупцов и стариков.

— Я ошибалась. Мы были почти детьми. Что может смыслить в жизни самоуверенная девчонка?

Хантер опустился на пятки и обескураженно уронил руки между колен.

— Ну вот! А мне тогда казалось, ты знаешь все на свете. Я не воспринимал тебя как ребенка. Ты была яркой, артистичной, уверенной в себе юной женщиной. Ты была для меня всем. И даже больше. — Хантер замолчал. Клер в упор смотрела на него через комнату. Он видел, как от учащенного дыхания колышется грудь под тонкой блузкой. — А теперь ты стала восхитительной.

— Если бы это было так… Я уже ни в чем не уверена.

Он резко поднялся, быстро подошел к ней, кончиком пальца осторожно приподнял вверх ее опущенный подбородок. Совсем так, как делал в детстве. И замер. Под нежной гладкой кожей тонкой ниточкой билась жилка, отзвук отчаянно колотящегося сердца. Хантер не думал больше о последствиях. Он просто молча склонил голову и накрыл ее губы своими со всей нежностью, которая скопилась в его истерзанной сомнениями, растерянной душе.

Клер даже не сделала попытки отстраниться. Она тоже была не в силах больше бороться ни с собой, ни с Хантером. Гибкое тело затрепетало в его объятиях. Руки взлетели вверх по плечам, пальцы скользнули по сильной шее и сплелись на затылке. Их тела смыкались все теснее, грудь к груди, бедра к бедрам. Губы Хантера раскрыли ее губы, их языки встретились. Волшебный запах, смесь шоколада и мяты, дурманил головы. Они не могли оторваться друг от друга, словно каждый наконец нашел единственный источник, способный утолить его жажду.

Слияние было настолько полным, что оба потеряли на какое-то время способность думать. Реальность растворилась, накрыв их зыбкой полупрозрачной пеленой. Но Хантер был сильным молодым мужчиной. Инстинкты взяли верх. Он медленно двинулся к кровати. Клер, легкая и податливая, словно пушинка, теснее прижалась к нему, следуя каждому движению, как в танце. Она готова была отдаться.

Но ее покорность оказала на Хантера обратное действие. Он остановился и откинул голову назад.

— Извини. Меня вдруг накрыло волной и потащило в какой-то водоворот. И не хотелось бороться с этой стихией.

— Это дом виноват. Здесь все слишком живо напоминает о прошлом. — Клер сама едва верила тому, что говорила, и не могла справиться с дрожью в голосе. — Мне следовало приехать сюда одной, как я, собственно, и собиралась. Вдвоем мы чересчур увлеклись воспоминаниями.

— Греховными воспоминаниями?

— О господи! Прошу тебя, не надо. Я и так чувствую себя падшей женщиной. — Клер покраснела еще больше. — Твой дом полон призраков, Хантер. Они манят и опутывают своими сетями, заставляют терять рассудок. Это был поцелуй из прошлого. Нам пора уходить. Думаю, глупостей на сегодня вполне достаточно.

Он лишь кивнул в знак согласия и прошел вперед, заботливо придерживая перед Клер все двери, пока оба не оказались на крыльце. Входная дверь мягко захлопнулась. Щелкнул замок. Клер медлила на верхней ступеньке, перелистывая ежедневник и сверяя записи.

— Я могла бы рекомендовать нанять бригаду и покрасить дом снаружи. Это улучшило бы его товарный вид. Хотя, с другой стороны, на это уйдет слишком много времени. Тут работы невпроворот. Дом слишком давно не ремонтировали. Мне, конечно, понадобится время, чтобы произвести более точные расчеты, но сейчас навскидку могу сказать — реальная цена, за которую ты сможешь быстро продать дом, колеблется в районе пяти тысяч долларов. — Она вырвала и протянула ему листок. Секунду он внимательно изучал колонку цифр. Потом аккуратно сложил бумажку и сунул в карман.

— Поднимем цену до пятидесяти тысяч.

— Что?! — Она округлила на него глаза. — Ты никогда не продашь дом за эти деньги!

— Посмотрим. Сегодняшний визит создал у меня ощущение, что время здесь остановилось. А в таком случае зачем мне спешить?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Поцелуй ничего не значил. Это всего лишь ностальгический эмоциональный порыв, и не более того, без устали твердила себе Клер, составляя объявление о продаже для ежемесячного каталога.

Усилием воли Клер прогнала эти мысли и принялась рассматривать фотографии дома. Что ж, все не так плохо, как можно было ожидать. Вид из окон получился просто великолепным, да он и был таким на самом деле. Комнаты на пленке казались больше и уютнее. Сердце разрывалось при мысли, что Хантер готов без сожалений расстаться с домом, лишь бы получить за него побольше денег.

Но с действительностью не поспоришь. Объявление о продаже уже завтра появится в местной газете, а чуть позже — в ежемесячном каталоге недвижимости. Она убила весь вчерашний вечер на его составление. И еще попросила Джо найти газонокосилыцика, готового за умеренные деньги привести участок в божеский вид.

Процесс продажи был запущен, и — черт побери! — Клер очень рассчитывала, что Хантер не бросится целоваться, когда он благополучно завершится. Надо бы внести это отдельным пунктом в договор.