Читаем Коллапс. Гибель Советского Союза полностью

Идея Советского Союза возникла как антипод националистических претензий и амбиций. Скованный большевистской идеологией, он был создан кровью и железом на останках царской России. Большевики считали национализм угрозой и помехой своим планам, но не могли с ним не считаться и не покладая рук работали над тем, чтобы создать сообщество «социалистических народов». Сталин и некоторые другие предлагали назвать завоеванную ими бывшую империю Российской Советской Социалистической Федерацией. Ленин возражал. Он считал «великороссов», культурно-этнический костяк старой империи, «нацией-угнетателем», а все нерусские национальности на периферии – «угнетенными народами». Он хотел, чтобы страна была названа Союзом Советских Социалистических Республик и стала конфедерацией титульных национальностей с собственными государственными и культурными институтами и даже с правом «самоопределения до полного отделения». В споре со Сталиным и другими большевиками Ленин одержал верх. Новое государство было оформлено в декабре 1922 года в виде конституционного договора четырех республик – Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (РСФСР), Советской Украины, Советской Белоруссии и Закавказской Советской Социалистической Республики. В последующие годы большевики финансировали и поддерживали нерусские «нации», используя ресурсы и кадры из Москвы и Петрограда для создания «национальных» академий наук, киностудий, литературных журналов и т. д.^[126]

После смерти Ленина в 1924 году Сталин не демонтировал эти институты, но на практике правил Советским Союзом как унитарным государством. Центральный аппарат Всероссийской коммунистического партии большевиков (ВКПб), позднее Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) держал национальные коммунистические партии железной хваткой. В советской армии были упразднены «национальные» формирования. У НКВД имелись республиканские отделения, но работали они под строгим контролем Москвы. Во главе всех этих мощных институтов стоял генеральный секретарь КПСС. Расположенный в столице Государственный банк СССР выпускал валюту для всех республик и автономных областей. Большинство крупных экономических активов на территориях республик – фабрики, заводы, энергетические предприятия, газо- и нефтепроводы – считались «союзной собственностью» и контролировались центральными министерствами в Москве. Эта централизованная система сдерживала силы национализма, включая русский, на протяжении десятилетий, позволяя режиму управлять многонациональным государством. Вместе с тем советское руководство оставалось в плену ленинского принципа «полного самоопределения» республик^[127].

Некоторые «национальные культуры» на территории СССР существовали веками, другие культивировались и оформлялись при советской диктатуре, но при этом «националисты» безжалостно уничтожались. Ведущий исследователь национализма в СССР Марк Бейсингер отмечает, что до Горбачева люди «просто не сталкивались с возможностью или необходимостью выбирать между лояльностью советскому строю и верностью своей этнической идентичности». По словам эксперта, «несмотря на серьезность и сложность советского национального вопроса накануне перестройки, в то время этнические проблемы в СССР казались большинству наблюдателей значительными, но едва ли неустранимыми»^[128]. В год, когда Горбачев пришел к власти, чешский историк-марксист Мирослав Грох написал книгу о трех фазах формирования национализма в Восточной Европе: фаза А – возникновение идеи нации у активистов из элиты, обычно историков, лингвистов и других представителей интеллигенции, изучавших прошлое, языки и культуру; фаза Б – период патриотической агитации; фаза В – массовое движение, ведущее к созданию национального государства^[129]. Именно такая мобилизация и произошла при Горбачеве. Однако все три фазы «сработали» в его правление за три-четыре года.