Читаем Коллапс. Гибель Советского Союза полностью

Буш и Скоукрофт были приятно удивлены. Российский лидер выглядел намного более зрелым политиком по сравнению с предыдущим визитом в Белый дом. К тому же на нем был отлично сшитый и выглаженный костюм^[759]. На следующее утро в Вашингтон перезвонил Горбачев, которому сообщили, что с ним связывались из Белого дома. Выслушав причину звонка, глава СССР посмеялся над возможностью переворота и своего смещения. Буш положительно отозвался о Ельцине и добавил: «Я дал ясно понять, что мы поддерживаем тебя… В визите Ельцина нет ничего компрометирующего для центра… Мне не хотелось бы никак подрывать [твое положение]»^[760].

Ельцин пребывал в эйфории. Он не только преуспел в своей цели и вернулся в Вашингтон победителем, но даже сумел предстать в роли защитника Горбачева от «темных сил». Другие встречи в Вашингтоне тоже имели важное политическое и символическое значение. Ельцина восторженно приняли на Капитолийском холме: сенаторы и конгрессмены аплодировали обещанию Ельцина освободить Прибалтику и открыть Россию «для бизнеса»^[761]. Затем российский лидер отправился в Нью-Йорк, чтобы встретиться с американской бизнес-элитой в финансовой столице США. Журналисты ТАСС, которые несколькими годами ранее называли Уолл-стрит центром «американского империализма», теперь с восхищением сообщали о переговорах Ельцина с руководителями Федеральной резервной системы, а также с главами банков Salomon Brothers, Chase Manhattan Bank, J. P. Morgan и другими. Спустя годы Бурбулис вспоминал о своих впечатлениях от этих встреч. Советское представительство в ООН помогло Ельцину организовать прием с традиционными русскими блюдами вроде икры и пирожков. Американские гости уплетали угощения за обе щеки. Бурбулис был потрясен – богатейшие люди мира с таким энтузиазмом и аппетитом смаковали русскую еду! Ельцин, Козырев и сам Бурбулис решили, что американцы и русские наконец-то смогут объединиться, что миллиардеры помогут восстановить Россию. «Нам казалось, что впереди долгое прагматичное и плодотворное сотрудничество». Вылетая обратно в Москву из аэропорта Кеннеди, Ельцин сообщил журналистам, что пригласил экспертов Федеральной резервной системы США приехать и поработать «совместно с нашими специалистами над реформированием кредитно-финансовой и банковской системы Российской Федерации»^[762].

Журналисты в Москве писали о «втором признании России». Один из телеканалов даже показал документальный фильм, посвященный «треугольнику» Буш – Горбачев – Ельцин. Русский изгой, который прежде шокировал Запад своим скандальным поведением и которого стыдились многие из его образованных соотечественников, наконец добился успеха. Он стал национальным лидером, его поддерживали миллионы российских граждан, его легитимность признал Запад. Теперь Ельцину, а не Горбачеву настало время задавать тон на переговорах по союзному договору в Ново-Огарево.

МЕДВЕДЬ И ЛИС

10 июля, после нескольких недель подготовки, Ельцин принял присягу в Кремле качестве президента Российской Федерации. Тщательно отрежиссированная церемония состоялась в Кремлевском дворце съездов в присутствии самых известных людей страны и депутатов российского съезда^[763]. Ельцин подумывал устроить российскую версию американской церемонии инаугурации с клятвой на Библии и артиллерийским салютом, но в итоге получилось что-то среднее между русским традиционализмом и советским помпезным кичем. Держа правую руку на сердце, Ельцин принес присягу на конституции РСФСР, на фоне советского красного флага с серпом и молотом. Затем поднялся занавес, и за ним оказался оркестр Красной армии, который грянул увертюру из оперы Михаила Глинки «Жизнь за царя». Вступая в должность, Ельцин говорил о «тысячелетней истории России», упомянув советский период как время «великих испытаний». Он пообещал, что Россия вместе с другими республиками продолжит участвовать «в сложнейшей работе по коренному преобразованию Союза». О Горбачеве он даже не вспомнил, а в заключение провозгласил: «Великая Россия поднимется с колен»^[764].