Читаем Когда она вернулась полностью

Скотт вел себя нелепо. Я перекатилась на свою половину кровати, стараясь не раздражаться. Когда я расстраивалась, то не могла уснуть по нескольку часов кряду, а мне не хотелось бы провести очередной день, проспав жалких четыре часа.

– Я просто хочу спать.

Скотт бросил на меня сердитый взгляд.

– О, вот опять. Снова возвращаемся к тому, как это все тебе неудобно.

– С тобой сейчас невозможно разговаривать. Я воспринимаю логику, а вся та чушь, которую ты сейчас несешь, недоступна моему пониманию.

Избыточно эмоциональные реакции Скотта лишь доказывали, что он был вымотан не меньше моего.

– К черту все. Пойду и поговорю с ней.

Скотт двинулся к двери. Сбросив одеяла, я выскочила из постели. Я успела схватить его за руку и принялась оттаскивать от двери.

– Стой! Она же спит там с ребенком. О чем ты только думаешь?

– Я могу делать все, что пожелаю. – Скотт вырвал у меня свою руку. – Это мой дом, а она – моя ж…

Он сам осекся, но это уже не имело значения.

Вот и оно. Кейт – его жена.

По крайней мере, он признал то, что всегда знала я. Я стала его женой-номер-два. А теперь, когда вернулась Кейт, мне не дано было даже этого. Я теперь не знала, кто я. Скотт всегда по умолчанию считал, что мы с ним были в одной лодке, и, хоть за эти годы я не раз пыталась открыть ему глаза, он отказывался меня слышать. Вот в чем было дело – Скотт стал для меня мужем-номер-один. Я полюбила Скотта так, как никогда не любила Джеймса, Скотт же полюбил меня благодаря той боли, что я разделила с ним. На заре наших отношений я понимала, почему он меня полюбил. Не потому, что перестал любить Кейт. Однако в душе я надеялась, что по прошествии достаточного времени Скотт сможет однажды полюбить меня так, как он любил когда-то ее. Эти надежды разбились в то утро, когда полиция постучалась в нашу дверь.

Скотт обернулся.

– Брось, Мередит. Ты знаешь, я не это имел в виду. Тебе лучше всех прочих должно быть понятно, как все это странно и запутанно, – говоря это, Скотт старался не смотреть мне в глаза. – Все это слишком сложно. Ты бы чувствовала то же самое, если бы мы поменялись местами. Можешь просто это признать?

Но я не могла. Это не было бы то же самое. Даже близко.

– За две недели до того, как Джеймсу диагностировали рак, я встречалась с адвокатом по разводам, – выпалила я.

Скотт вытаращил глаза.

– Что?

Тяжело сглотнув, я кивнула. В горле у меня мгновенно пересохло.

– Это правда.

Под тяжестью свалившейся на него правды Скотту пришлось сесть. Он упал в свое кресло.

– Но почему?

– Я собиралась с ним развестись.

Сказав это, я ощутила облегчение. Я никогда и не собиралась делать из этого секрет.

– Что случилось? – спросил Скотт.

– Мы поженились молодыми, потому что я была беременна, и это был правильный поступок. Когда у нас родился Калеб, мы полюбили быть родителями и не стали долго затягивать с появлением на свет Тада. Сказать по правде, мы были хорошей командой. Наша жизнь вращалась вокруг детей, но однажды они выросли и перестали так уж сильно в нас нуждаться. Сам знаешь, как это бывает. И мы внезапно оказались друг другу чужими. Более того, на самом деле мы даже не нравились друг другу. А потом у него обнаружили рак. Я не могла развестись с человеком, у которого нашли рак мозга. Никто бы не поступил так подло.

– Так все было ложью? – по выражению лица Скотта я поняла, что у него голова идет кругом от вопросов.

– Работа, которую я проделала в группе, не была ложью. Когда-то я его любила. Больше, чем что-либо. И годами оплакивала его призрак.

Большую часть первого года Калеба в старшей школе я втайне проплакала, поскольку понимала, что наш с Джеймсом брак мертв, и понятия не имела, что с этим поделать.

– Я пыталась рассказать тебе. Пыталась. Но ты не хотел меня слушать.

Я сбилась со счета, сколько раз начинала этот разговор, однако Скотт все время меня обрывал. «Нам не нужно это обсуждать. Я все понимаю, – обычно говорил он. – Ты все еще любишь Джеймса, а я все еще люблю Кейт, поэтому может показаться, что мы поступаем дурно. Но я знаю, что часть твоего сердца всегда будет отдана другому, точно так же, как часть моего». На этом подобные разговоры всегда заканчивались.

Скотт не забыл. Я видела это по его глазам. Он медленно поднялся с кресла и подошел к кровати, а затем рухнул на постель рядом со мной.

– Можем мы притвориться, что последних пяти минут никогда не было, и просто лечь спать?

– Разумеется.

Ради Скотта я выдавила улыбку, понимая, однако, что забыть об этом не смогу никогда.

Кейт

Тогда