Читаем Кодекс чести полностью

– Он вас перестал устраивать как мужчина? – послав красотке плотоядную улыбку, пошутил Ваняшин. Но женщине не понравилась ни его улыбка, ни тем более, шутка, которая затронула ее женское самолюбие. И она сказала:

– А это уже наше личное дело, – потом распахнула пошире дверь. – Так вы будете искать в моей квартире Рязанцева, так ищите. А если нет, до свидания. Я тороплюсь. У меня важная встреча. А вы, майор… – она опять нарочно сделала вид, будто опять забыла фамилию Федора.

На этот раз Туманов не стал ей напоминать свою фамилию. Вежливо попросив ее предъявить им паспорт, перелистал его внимательно, потом вернул, и виновато улыбнувшись, произнес:

– Извините нас за то, что отняли у вас время.

Красавица вела себя довольно сдержано, хотя Туманов с Ваняшиным чувствовали, за этой сдержанностью огромную неприязнь.

– Не стоит извиняться, – сказала она и напомнила: – Помните, как в анекдоте, хороший мент способен доклепаться даже до столба. А что уж говорить о живом человеке, – она с легким прищуром посмотрела на оперов. – Я думаю, что вы хорошие менты.

Прозвучало довольно оскорбительно. Ваняшин поглядел на майора, ожидая, какая от того последует реакция, и пожалел, что сейчас с ними нету Грека. А майор…

Майор спокойно выдержал сказанное, приняв как оплеуху. Сказал только:

– Да. Вы правы. Мы хорошие менты. Всего вам доброго.

Ваняшину сделалось обидно. Не желая больше с ними разговаривать, красотка захлопнула дверь перед носом оперов.

– Вот гадюка! – обласкал красавицу лейтенант Ваняшин, когда они с майором направились к кабине лифта. Не поздно было еще вернуться, позвонить, войти и осмотреть квартиру. И видя, что майору самому такое оскорбительное отношение не по душе, лейтенант предложил:

– Может, вернемся. Осмотрим ее хату на предмет нахождения там подозреваемого в убийствах лица? – Ваняшин вопросительно уставился на майора, не разделяя его нерешительности.

– Лейтенант, я уверен на сто процентов, что Рязанцева у нее нет. Потому и держится она так спокойно. А потом, тебе что нравится давать в прокуратуру отписки. Только с тем парнем, которого ты уложил, затихло, новых неприятностей хочешь. Лично я, не хочу, – решительно сказал Федор, когда они уже вошли в лифт, и кабина тронулась вниз.

– Да я тоже не хочу. Федор Николаич, но ты же видел, она откровенно издевается над нами. А мы не можем ничего сделать, – этот укор больше относился к Туманову, потому что для себя Ваняшин определил, просто так он бы этого не оставил.

– Не можем, потому что в сказанном ею не усматривается административного правонарушения. Но мне вот какая пришла в голову мысль…

* * *

Грек сидел, развалившись на заднем сиденье, и покуривал сигарету, стряхивая пепелок в окно. Увидев Туманова с Ваняшиным, по их лицам понял, что даже малая удача отвернулась от них. И рассудил мудро.

– Надо было мне с вами пойти. К бабам подход нужен. А к красивым, особый, – сказал он, улыбаясь. Чувствовалось, он был не очень расстроен тем, что остался в машине. Рядом на сиденье лежала литровая бутылка пива, которую Грек уже почти всю высосал.

– Да, вижу, ты не терял время зря, – сказал Федор, намекнув на бутылку.

– А как же, – охотно согласился Грек. – Моему организму нужен постоянный допинг. Это только стрессы вредны. А допинг полезен, – заключил он.

Федор посмотрел на Ваняшина, подмигнул, потом сказал Греку:

– Кстати, молодец, что напомнил про стресс.

– Есть идея, – улыбаясь, проговорил Ваняшин.

Грек заерзал на сиденье, подозрительно обвел глазами коллег оперативников.

– Какая еще идея? Вы чего задумали?

– Сейчас узнаешь, – сказал Федор и стал рассказывать свою задумку. Грек сидел, терпеливо слушая майора и только изредка переводя свои черные глаза на Ваняшина. Неужели, этому придурку тоже могло придти в голову такое, или это задумка одного Туманова. Похоже, было на то. Но лейтенант был солидарен с ненормальным майором.

Стоило Туманову замолчать, как Грек съежился и, сверкнув своими глазами на майора, сказал:

– Ни за что. Да чтоб я по доброй воли отправился на верную смерть?..

Ваняшин улыбнулся, показав на выпитую бутылку пива.

– А чего? Допинг ты уже принял. Теперь и умирать будет не страшно.

– Дурак ты, Лешка. Лучшего друга толкаешь под колеса к этой лярве. У меня сейчас уже и реакция не та. А вдруг она не успеет нажать на тормоз? Что тогда? – Грек поочередно обвел приятелей своим ненавистным взглядом. Не ожидал от них такой подлянки. И этот Ваняшин тоже хорош. Молодой, а сам не лезет. Грека решил подставить.

– Тогда мы тебе будем приносить на могилку по бутылке пива, – смеясь, ответил Ваняшин. Грек скрутил кукиш, показал сначала приятелю Лехе, чтоб тому не скучно было, потом майору Туманову.

– Вот вам, обоим, – сказала он запальчиво, потом увидев, как сразу помрачнел майор, решил выкрутиться, предложив: – Пусть лучше Леха. Он помоложе, пошустрей. Если что, и отскочить, глядишь, сумеет.

Федор посмотрел в черные глаза капитана.

– Да пойми ты, Сан Саныч, нельзя Ваняшину. Она только что видела его. Сразу заподозрит подлог. А тут надо, чтоб все выглядело натурально.

Грек кивнул.