Читаем Кодекс чести полностью

Грек сначала поглядел на ее стройные ноги, потом поднял глаза на уровне груди. Облизнулся, как кот перед миской сметаны. Все в этой чаровнице нравилось Сан Санычу. Понимая, что красотка никогда не будет его, он старался отыскать, хоть какой-то изъян, чтобы самому себе заявить, что эта баба ни в его вкусе. Но как назло ни одного изъяна не находил в ней. Уставился ей в лицо и вытаращил глаза.

– О, да это же та бабеха. Помните, на Трубной… она приходила, звонила в соседнюю квартиру… разведку делала, сучка, – чуть не завопил он, указывая пальцем на женщину, торопливо направлявшуюся к подъезду. – Не удивлюсь, если Рязанцев у нее живет.

– Скорее всего, – проговорил Федор довольно сдержанно, что особенно не понравилось Греку. Тот не понимал, чего майор ждет, и прямо заявил об этом Туманову:

– Тогда, чего мы тут сидим? Пока она еще в подъезде, надо догнать ее, припереть к стенке и…

– И что ты ей предъявишь? – довольно резко спросил майор и сам же ответил: – Что она себя выдавала за работника энергосбыта? Заметь, она ведь даже не позвонила в квартиру, где находились мы. Поговорила с соседями и ушла.

На этот раз Грек решил стоять на своем, поэтому не уступил майору.

– Да. Она ушла, но тут же пришел Рязанцев. Она же с ним в одной шайке лейке. Ты же сам говорил… – Грек не договорил, что сейчас накипело на душе и что заботило его, потому что Туманов посмотрел на него и сказал:

– Успокойся, Грек. В тебе сейчас эмоции преобладают над здравым рассудком.

Грек с обидой кивнул, понимая, что майор сделает по-своему.

– Давай, мели Емеля, твоя неделя, – ответил он скороговоркой на все, что наговорил Туманов. Уж больно он считает себя правильным. Не хочет считаться с мнением окружающих. Ладно, Ваняшин, молчит как пень. Но он, Грек, предлагает дельные вещи, а майор не хочет прислушиваться.

– Чтобы ее припереть к стенке, нужны факты. А так она плюнет в твою усатую рожу и, не моргнув глазом, заявит, что знать не знает никакого Рязанцева, – продолжил Федор, тут же решая, что им предпринять дальше.

Грек скроил ехидную рожу и, не глядя на майора, который был ему сейчас крайне неприятен, сказал:

– И что нам теперь делать? Ждать пока у гражданки проявится сознание, и она прибежит в милицию с заявлением на подозреваемого в убийствах Рязанцева? А если такого не произойдет?

На этот раз Грека поддержал Ваняшин. Он долго молчал, прислушиваясь и взвешивая, что говорили майор с капитаном, и посчитал, что Грек прав.

– Федор Николаич, мне кажется, Грек дело говорит. Несуразица какая-то получается. Бессмысленно торчать тут в надежде, что Рязанцев сам соблаговолит выйти к нам, – сказал Ваняшин. Федор вздохнул. Грек бросил на майора гневный взгляд и проговорил:

– Леша, это ты понимаешь. Я, понимаю. А до нашего командира, как до жирафа, все доходит на пятые сутки.

Федор покосился на Грека. Хотел попросить, чтобы тот объяснил, почему это до жирафа все должно доходить не сразу, не через день, другой, а именно на пятые сутки. Но подумал, что, вряд ли сам Грек сумеет дать сказанному логическое объяснение. И сказал, после протяжного вздоха:

– Ладно, братва, будем считать, что вы меня убедили. Пойдем, проверим, там ли Рязанцев.

Грек сразу повеселел.

– Вот, это дело, Федор Николаич. Как говорится, берем быка за рога, – сказал он, достав из кобуры свой пистолет. Не замечая этой суеты усатого капитана, Туманов сказал Ваняшину:

– Ладно. Пошли. – Он открыл дверь. Грек недоуменно захлопал своими черными глазами.

– Грек, остаешься тут, – сказал ему майор. Ваняшин усмехнулся, знал, самолюбие капитана не вынесет такого, и сейчас последует возмущение. И оно последовало:

– Послушай, Николаич… Это же моя идея. А ты меня оставляешь тут.

– Остаешься тут, – повторил майор. – Охраняй. Присматривай за подъездом, – сказал Федор и вылез. Собиравшийся идти вместе с ними Грек, уже раскрыл дверь, но, услыхав от майора такое, с обидой процедил сквозь зубы:

– Понятно, – и громко хлопнул дверью.

На восьмой этаж, опера добрались на лифте. Перед дверью с цифрами сто пятьдесят пять Федор остановился. Со стороны это могло показаться, как нерешительность, но майор пытался взвесить все «за» и «против». Правильно ли они поступают сейчас? Стоит ли лезть вот так напролом? Точного ответа он не находил. Возможно, разумнее бы было установить за женщиной, да и за квартирой оперативное наблюдение. Но иногда удача сопутствует именно тем, кто лезет напролом. Поэтому майор решил рискнуть.