Читаем Код войны полностью

Карпенко и его оба бойца некоторое время смотрели на план, изображенный Джунаидом, а затем командир провел рукой по песку, стирая рисунок.

— Можешь высыпать песок. Мы все запомнили, — сказал он.

Они еще некоторое время провели в доме ливийца, расспрашивая его о соседях и о том, как и чем люди живут в Кахиле. Джунаид охотно рассказывал им о житье своих соседей и вообще о жизни простых ливийцев. Внезапно Карпенко поднял руку, давая знак Джунаиду прервать рассказ и замолчать. Он чуть наклонил голову, к чему-то прислушиваясь, потом знаком дал понять Радисту и Хохмачу, чтобы они спрятались. Хохмач скользнул в соседнюю комнату, а Радист спрятался за дверью. Сам Кречет прятаться не стал, а только прикрыл лицо ихрамом. Джунаид сразу сообразил, что русский услышал на улице что-то такое, что насторожило его. Он начал было и сам прислушиваться, но тут входная дверь открылась, и в комнату вошел старик-сосед.

— Салям, джадду Ханнан. — Джунаид встал навстречу старику, ему поклонился и, обнявшись с ним, пригласил: — Садись, дедушка с нами, чай тебе налью.

Старик, увидев, что Джунаид не один в комнате, остановился в нерешительности. Потоптавшись на пороге, он сказал:

— Прости, сосед, я не знал, что у тебя гость. Зайду потом. Мне моя старуха сказала, что утром, когда было еще темно, видела твоего Камаля и он сказал ей, что ты приболел и он сегодня пошел за тебя отработать смену. Вот я и зашел узнать: может, чем помочь надо? Но раз у тебя гость…

— Садитесь, дедушка, мы уже уходим, — ответил старику вместо растерявшегося хозяина Карпенко.

Лица он не открывал, но кивнул кому-то, кто стоял за спиной соседа. Старик неторопливо, с опаской оглянулся и увидел еще одного незнакомого мужчину, лицо которого тоже скрывалось за платком. Но когда из соседней комнаты вышел еще и третий незнакомец, старик испугался по-настоящему и, посмотрев на Джунаида, пролепетал:

— Не знал я, что у тебя гости. Пойду я…

Он начал пятиться, но Джунаид успокаивающе положил ему руку на плечо.

— Джадду, не бойся. Это братья моей умершей жены. Пришли навестить меня. Они ехали из Уаддана в Бени-Валид, решили сделать крюк и заехать ко мне, чтобы повидать своего племянника Камаля.

Было видно, что старик не очень-то поверил словам Джунаида, но и возразить ему было нечего. Никто из незнакомцев агрессии к нему не проявлял, вели они себя вполне спокойно и уважительно. Но старика смущало то, что все трое скрывали свои лица под ихрамом. А это не вызывало у него к ним доверия и смутно беспокоило.

— Спасибо тебе, Джунаид, за гостеприимство, — тем временем заговорил Карпенко и встал, показывая, что собирается уходить. — Жаль, что Камаля мы так и не повидали. Но ты обязательно передай ему, что мы к вам завернем на обратном пути. И тогда уже привезем ему гостинцев. Он, наверное, уже большой вырос, раз уже вместо тебя на работу ходит. А ты выздоравливай. И пусть Аллах всегда пребудет в твоем доме.

Кречет, Радист и Хохмач поклонились соседу, обнялись по очереди с Джунаидом и вышли из дому. На улице уже вовсю жарило утреннее солнце. Возле соседних домов люди, занятые своими делами, не обратили внимания, как из дома их соседа выскользнули трое незнакомцев и словно бы растворились в мареве горячего пустынного воздуха.

— Командир, а как насчет воды? — поинтересовался Хохмач у Карпенко, когда они оказались в нескольких метрах от поселка. — Я уже не говорю о том, чтобы хоть какую-то еду раздобыть.

Кречет остановился и задумался. Он и впрямь совсем забыл, что им следовало бы набрать воды и спросить у местных, нельзя ли купить у них хлеба. Его сейчас заботило совершенно другое. Зароненная в его голову Хохмачом идея выкрасть Хендерсона вместе с чемоданчиком напрочь выдавила все остальные, в общем-то, не относящиеся к выполнению задания мысли. Прошла пара минут, прежде чем он ответил Синельнику.

— Оставайся тут и посматривай вокруг, а мы с Радистом снова в деревню наведаемся. Давай сюда фляги. — Он протянул руку, и Хохмач отдал ему две фляги: одну — свою, а вторую — Чижа. — Мы бегом — туда и обратно, — сказал он и быстрым шагом отправился к видневшемуся неподалеку колодцу, стоящему на краю поселения.

Вернувшись в лагерь, Кречет тотчас созвал совет. Практически одновременно с ними в лагерь вернулся и Славянин.

— Давайте все в палатку, — скомандовал Карпенко и, не останавливаясь, вошел первым.

За ним последовали остальные. Солнце было уже высоко и палило нещадно. С большим сожалением, сложив оборудование и ноутбук в чехлы и свернув защитную сетку, Сотников и Антон тоже вошли в палатку. Их уже ждали, нетерпеливо поглядывая на вход.

— Для начала расскажите, что у нас нового. — Командир посмотрел на Сотникова, предлагая ему первому доложить о том, что удалось установить им с Антоном.

— Пока что пришлось прерваться на самом интересном месте, — с досадой ответил Дмитрий. — Нам с Чижом удалось взломать защиту и войти в систему базы. Антон, а вернее, его Морган только успел войти в основной компьютер, как солнце…