Читаем Код Маннергейма полностью

По пути к Иерусалиму, а с ними многие люди пришли в столицу иудейскую, ибо приближался уже праздник Пасхи, вышла навстречу им женщина из селения Вифания и просила Иисуса идти с ней, ибо единственный сын ее лежал в доме при смерти. Ученики же Его возбраняли ей. И сказал Сын Человеческий ученикам: «Идите сами». И пошел с ней в дом ее. И когда приблизились они к воротам иерусалимским, сказал Иоанн Зеведеев Фоме — неверному рабу Господа: «Хотим возвеличить Его, а ты с лица как Он». И привели из соседнего селения белую ослицу с молодым осленком, и накрыли ее одеждами своими. Фома сел на нее, и думали так исполнить пророчество о явлении мессии — нового царя иудейского. Многие же постилали одежды свои по дороге, и зеленые ветви резали с дерев и постилали. И предшествующие и сопровождающие восклицали: «Осанна! Благословен грядущий во имя Господне!» И вошел так Фома в Иерусалим, а слепой нищий сидел при дороге и начал кричать: «Иисус, сын Давидов, помилуй меня». И не мог Фома излечить его. И проклинал тот его, думая, что он Иисус, и надсмехался над ним. И тотчас же пошли ученики Его в храм и, придя, изгоняли оттуда торговцев и менял и столы меновщиков перевернули, и скамьи продающих голубей опрокинули, и устроили смуту во всех приделах. И пришел Сын Человеческий, и опечалилось сердце Его, и сказал им: «Не ведаете, что творите. Думал Я, что пришел принести мир на землю, не мир, но меч принес Я. Ибо отныне разделятся люди между собой и каждый дом разделится внутри себя». А ученики Его радовались, как чада неразумные, и говорили: «Учитель, посмотри, какие камни и какие великие здания». И сказал Сын Человеческий: «Истинно говорю вам, не останется здесь камня на камне, все будет разрушено. И так и должно быть — никто не наливает вина молодого в старые мехи, ибо порвет вино мехи и само пропадет. И будет построен новый храм Царствия Небесного на земле. Но до этого срока будет предан Сын Человеческий в руки человеческие, и осудят Его на смерть, и поругаются над Ним, и оплюют Его, и будут бить Его, и убьют Его, и в третий день Он воскреснет». И ужасались бывшие с Ним, и приступили к Нему, и взроптали: «Вот мы оставили все и последовали за Тобой, и Ты теперь оставляешь нас». А неверный раб Его Фома плача молил: «Пойдем с нами к морю Галилейскому — хорошо нам там». И сказал Иисус: «Чадо, не ведаешь сам, о чем просишь Меня. Се путь не Мной, но Отцом Моим Небесным избран».

А вечером вышли оттуда и пошли в один дом в Вифании, и, когда были там, пришла туда красивейшая из дочерей Израилевых Мария по прозвищу Магдалина. Волосы ее мягки и шелковисты, как виссон, а глаза голубые, как небо Галилеи в месяц Нисан, а губы розовые, как коралл, а перси нежны и упруги, как плоды персидского дерева, а два сосца — как двойня молодой серны, пасущаяся среди лилий. И прекрасны ноги ее в сандалиях, округленье бедер, как ожерелье, дело рук искусного художника. И была она наложницею у прокуратора Понтия Пилата, и вместе с ним приехала из Кесарии в Иерусалим на праздник Пасхи. И услышала в храме Сына Человеческого, и прилепилась сердцем к Нему. Принесла она сосуд алавастровый драгоценного миро и омыла ноги Учителя, и умащала их миром, и отирала прекрасными волосами своими. А некоторые из учеников Его вознегодовали, говоря, что миро можно продать за 300 динариев, а деньги раздать нищим. И сказал Иисус: «Что смущаете женщину? Она доброе дело сделала для Меня. Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда». А зелоты на улицах и площадях Иерусалима открыто возвещали, что пришел во славе Сын Давидов, новый Царь Иудейский. А предводитель зелотский Варавван с присными пришел в дом один и убил мечом римского сотника и бывших с ним. И взяли его, и заключили в узилище. А придут они потом на Землю обетованную, и вместо дома там — родное пепелище.