Читаем Код любви полностью

– Нет, Гленда, – заговорил он наконец. – За долгие годы я научился не доверять людям. Пока я просто кажусь им странным, ничего не происходит. Но как только тайная завеса приоткрывается, наступает взрыв эмоций, основанных на многовековых страхах и неправдоподобных поверьях. Согласен, основания тому есть, только не думаю, что за последние сто лет я заслужил чем-либо слепую предвзятость. Неоднократно я пытался наладить контакт с живыми, только заканчивалось это всегда одинаково. Один случай навсегда отбил у меня охоту заводить тесные отношения. Это было в тысяча девятьсот сорок втором году. Вторая мировая война, Европа оккупирована зарвавшимися экстремистами. Кучка шизофреников разрабатывает план мирового господства и не останавливается ни перед чем. Даже перед заключением договора с вампирами-«анархистами», почувствовавшими не просто безнаказанность убийств, но еще и покровительство самих же смертных. Они собирались группами, объединяясь в карательные отряды. Опьяненные безграничной властью, эти выродки уничтожали и себе подобных, тех, на кого была возложена миссия остановить БЕЗЗАКОНИЕ. Наверное, то был беспрецедентный случай, когда неживые приняли одну из воюющих сторон. Нельзя сказать, что все подразделения «чернорубашечников» состояли из вампиров, но последних хотя и можно было вычислить, остановить обычному человеку не представлялось возможным. Вампир способен передвигаться с быстротой мысли, растворяясь во тьме, сливаясь с тенями, и убить его практически нереально. Да и в голову никому не могло прийти, что порой это дело рук не просто жестокости, а НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ жестокости. Кровь была повсюду, земля пропиталась ею насквозь, ее запах кружил голову, и даже самые стойкие из нас срывались. Так получилось, что я был арестован и бежал из плена с одним датчанином. Его звали Хендрик Каух. Тогда он рассказал мне свою историю. Вся его семья – жена, сын и две дочери – были зверски убиты. Они жили на отдаленной ферме, и в тот злосчастный день, когда Хендрик уехал в поселок, нагрянули нацисты. Вернувшись, он увидел страшную картину. Не стоит вдаваться в подробности, но на одну деталь несчастный обратил внимание: у всех четверых шеи оказались разорванными клыками. Что навеяло его на мысль о вампирах, он и сам не понимал, однако терять ему было нечего и Каух отправился на поиски убийц. То там, то здесь он наталкивался на нечто подобное, но окончательно укрепился в своем мнении лишь тогда, когда собственными глазами увидел существо с огромными клыками, сосущее кровь у еще трепещущей в последней агонии жертвы. Почему я тогда подумал, что хочу помочь? А впрочем, цель у нас была одна, и пара лишних рук мне бы не помешала. Настроен он был решительно, но слепая ярость – плохой советчик, и ошибок он успел наделать намеренно. Откуда же несведущему человеку было знать все тонкости борьбы, в которую он вступил? В первую очередь необходимо было вернуться на ферму. И я ему об этом сказал. Если члены его семьи не умерли до конца, а перешли в другую степень существования, каково было проснуться детям в могиле, засыпанными землей, которая давила на них, сминала, выдавливала жизнь, землей, пропитанной незнакомыми запахами, с копошащимися в ней червями, личинками и всевозможными букашками? Но даже не это самое главное. Новые ощущения и неистовый, незнакомый голод заставят их выбраться на поверхность. А дальше что? Инстинкт сделает свое дело, и маленькие ненасытные чудовища начнут охотиться – безжалостно, бессмысленно, без разбора. Снова жертвы и вновь обращенные. Прочитанные над телами молитвы бесполезны, так же как сколоченный наспех крест. Хендрик слушал меня внимательно, то понимающе кивая, то задавая наводящие вопросы. А когда мы двинулись в путь, я наблюдал за тем, какая внутренняя борьба происходит в нем, ведь ему предстояло убить тех, кто совсем еще недавно был его семьей. Нам повезло, все четверо никуда не ушли, память прошлой жизни еще держала их на нажитом месте, и, хотя дом оказался полностью сожжен, вход в подвал был расчищен. Вторая половина дня, они спят. Хендрик не переставал удивляться, откуда у меня столь глубокие познания о мире вампиров, но, даже не получая исчерпывающих объяснений, продолжал прислушиваться к моим советам и наставлениям. По дороге, а мы продвигались, разумеется, только ночью, с большим трудом отыскали истинного священника. Теперь у него имелось все необходимое, в том числе саперная лопата и деревянный молоток для забивания кольев. Давно приспособившийся к жизни среди людей, я оставлял его на рассвете в надежном укрытии, а сам удалялся, чтобы успеть насытиться и без помех погрузиться в сон, пусть недолгий, но такой необходимый.