Читаем Книга душ полностью

Холодный воздух за дверями управления был приятен для обожженной кожи лица, а вот в горле сразу запершило. Маклин нагнул голову, чтобы защититься от ветра, и отправился пешком через весь город. Бабушкина машина стояла в гараже, надежно укрытая от соли на дорогах и взрывающихся зданий. Как только станет чуть теплей, ее надо будет как следует помыть. А потом, наверное, отогнать в ту фирму в Лоунхеде, где, по слухам, отлично делают антикоррозийную обработку. Интересно, подумал Маклин, насколько в «альфе» мощная электропроводка – потянет ли полицейскую рацию?

Даже несмотря на финансовый кризис, давно прошедшее Рождество, лопающиеся один за другим банки и безработицу, растущую быстрее, чем давление у Дагвида, на Принсес-стрит, как всегда, было полно покупателей. Маклин уворачивался от мамаш с колясками, старушенций, чьи зонтики-убийцы были раскрыты, несмотря на ясное небо, юнцов в одежде на несколько размеров больше, чем нужно, и еще тысячи и одной разновидности представителей рода человеческого.

И тут он увидел его. Внимательно изучающего полное собрание детективов Яна Рэнкина в витрине большого книжного магазина.

– Андерсон! – На крик горло отозвалось очередным спазмом, и Маклина скрутило в кашле похуже, чем курильщика, смолящего в день по три пачки.

– Приятель, с тобой все в порядке?

С трудом протерев слезящиеся глаза, Маклин уставился на обращающегося к нему человека. На расстоянии тот, возможно, чем-то и походил на Дональда Андерсона. Но вблизи ошибка была очевидной. Начать с того, что лицо слишком уж круглое, нос совсем не похож. Да и одежда совершенно не в стиле Андерсона.

– Ты случаем не меня звал? – Голос тоже совсем не такой. В нем слышалось тепло. Даже сочувствие.

– Извините, – наконец выдохнул Маклин, с трудом выпрямившись. – Я принял вас за другого.

– Да ерунда. – Человек дружески хлопнул его по плечу. – Сплошь и рядом случается!

Она лежала на белоснежных простынях, под головой – высокие подушки. Руки безжизненно вытянуты вдоль тела, к ним ведут провода и трубки. Вокруг кровати, словно стажеры-медики, сгрудились мониторы на стойках, бдительно следящие за тем, чтобы она не переставала дышать через трубку, идущую прямо в горло.

Маклин стоял за дверью реанимационной палаты и смотрел через стекло, не решаясь войти. Больше всего он хотел, чтобы все это оказалось лишь кошмаром, от которого можно будет очнуться.

– Сэр? Простите, я не сообразила…

Он обернулся и увидел, что по коридору идет сержант Ричи. В отличие от него, у нее в руках не было букета дешевых цветов, купленных на бензоколонке. А вот лицо выглядело похоже, словно они на пару продержались несколько раундов против Мохаммеда Али. Порез на виске был аккуратно зашит, но вокруг него все опухло и переливалось различными цветами радуги.

– Ей лучше? – спросила Ричи, кивнув на дверь палаты.

– Не знаю. Я сам только что пришел.

– Собираетесь войти? – Собственно, не такой уж и глупый вопрос, как можно подумать.

– Думаю, надо. – Маклин глубоко вздохнул и открыл дверь.

В палате пахло антисептиком. Мониторы непрерывно бибикали и жужжали, словно сумасшедший компьютер в фантастическом ужастике. Подойдя к кровати, Маклин обнаружил, что Ричи держится в сторонке, и ощутил благодарность за то, что она щадит его чувства. Видеть Эмму в коме, в окружении той же самой аппаратуры, которая столько времени поддерживала жизнь в бабушкином теле, было невыносимой пыткой. Иной мог бы решить, что технология дает больному дополнительные шансы, вот только Маклин все это уже проходил и прекрасно понимал, каковы эти шансы на самом деле.

Прикроватного столика не было – все место занимали мониторы. Букет неловко повис у него в руке. Маклин понятия не имел, что теперь с ним делать, а главное – зачем он его вообще приволок. Эмма не могла увидеть цветы, и они даже толком не пахли. Что ж, во всяком случае, их яркие лепестки оживляли белизну палаты. И он положил букет в ногах кровати.

– Я, наверное, пойду, – негромко сказала Ричи с другой стороны комнаты. – Я просто хотела… Ну, вы понимаете… Посмотреть, как у нее… – Ричи умолкла.

– Хорошо, – отозвался Маклин. – Увидимся завтра. И, Керсти? Спасибо вам.

Когда Ричи ушла, неловкость не исчезла, но Маклин обнаружил в углу палаты свободный стул. Аккуратно раздвинув провода и трубки, он поставил стул к кровати, сел и взял в руки холодную ладонь Эммы.

– Она может прийти в себя в любой момент.

Маклин обернулся и увидел, что в дверях, через которые только что вышла Ричи, стоит молодой врач. Или он просидел здесь уже час или больше, не замечая ничего вокруг? Он не был уверен.

– При сильных сотрясениях трудно что-то предсказать. Принято считать, что чем быстрей человек приходит в сознание, тем лучше, но иногда обратное даже предпочтительней. Мозгу требуется время, чтобы восстановиться. – Врач подошел к кровати, покосился на цветы и снял со спинки карту с медицинскими записями. Намек Маклину был вполне понятен.

– И все-таки где-то в ваших рассуждениях скрывается «но», доктор?