– Верно, сержант. Пошло оно в задницу!

Опираясь друг на друга, они преодолели каменные ступени, ведущие сначала в подвал, потом – на первый этаж. Везде, даже в коридоре, остро пахло дымом. И явственно ощущался другой запах – запах тухлых яиц. Маклин попытался вспомнить, что он означает, но мозги совсем не работали. Болотный газ? Неисправную канализацию?

Наружный воздух, чистый, холодный и сладкий, показался благословением. По гравийной дорожке они заковыляли к машине – ни подкрепление, ни скорая помощь так и не появились. Они не прошли и половины пути, как до них донесся грохот взрыва. Маклин обернулся и увидел, как над зданием фабрики взметнулось вверх черное облако. Затем послышался другой, неожиданный звук, похожий на свист скоростного поезда в туннеле, и клубы пламени вырвались наружу из дома Ниди вместе с входной дверью. Оконные стекла лопнули, острые, как ножи, осколки посыпались на дорожку.

Их обоих сбило с ног. Маклин рухнул лицом в гравий, цепляясь за него, словно мир накренился и он мог не удержаться. После взрывов, жара, ударов доской в голове стоял сплошной трезвон. Но постепенно зимний воздух смягчил боль от ожогов, головокружение и шум в ушах стали ослабевать, и он услышал сначала отдаленный вой сирен, а потом, с облегчением, – рокот вертолета.

66

Он идет по улице, по которой шагал чуть ли не каждый день два года подряд. Патрульный маршрут, неотъемлемая часть рабочего распорядка. Но сегодня все по-другому. Он давно уже не носит патрульную униформу, и за время его отсутствия район переменился. Поначалу при виде новых кофеен и дорогих бутиков его охватывает беспокойство. Возможно, лавки уже нет на прежнем месте. Слишком многое изменилось с тех пор, как построили здание парламента. Новый порядок безжалостно расправляется со старым.

Но нет, небольшой магазинчик с затененными окнами, аккуратно покрашенный зеленой краской, никуда не делся. В мире еще остались вещи, готовые сопротивляться железной поступи прогресса, и это не может не радовать. Он открывает дверь, слышит, как звенит колокольчик, поднимает взгляд – вот и он сам, раскачивается на пружинке. Он одобрительно кивает – здесь все как и должно быть.

Нельзя сказать, что все книги антикварные, но новых среди них тоже нет. Проходя сквозь ряды полок к небольшой стойке позади магазина, он проводит пальцем по корешкам. Хозяин приветливо улыбается. Пожилой, одним своим видом внушающий доверие.

– Чем могу служить, сэр? – Голос, теплый и спокойный, тоже внушает доверие.

– Я… я, в общем, ищу подарок. – Он почему-то смущается, но ободряющая улыбка хозяина возвращает все на свои места. – Для моей невесты. Весной у нас свадьба.

– Поздравляю, сэр! Вы разыскиваете что-то конкретное?

– Не знаю, надеюсь, это не слишком глупо прозвучит. Она – интерн, только что окончила университет. Я думал подарить ей старинный трактат по медицине. Знаете, из тех еще времен – пиявки, банки, все такое. Я подумал… – Он умолкает. Высказанная вслух, его идея звучит чуть ли не оскорбительно. В конце концов, речь идет о ценных книгах. Их лелеют и берегут. А не дарят, желая блеснуть оригинальностью.

– Какой замечательный подарок! – Улыбка хозяина становится чуть шире. – И как прекрасно подходит молодому доктору! Разумеется, некоторые врачи до сих пор используют и банки, и пиявок. Но книга, которая напомнит о временах, когда медицинский опыт и знания еще только-только начинали зарождаться? Замечательная, замечательная идея!

Всё снова в порядке. У хозяина лавки есть такая книга, и он готов уступить ее по вполне разумной цене. Сейчас книги здесь нет, но пусть он оставит адрес, хозяин обязательно с ним свяжется, когда заберет ее из хранилища.

Из магазина он выходит чуть ли не вприпрыжку. Ей всегда так трудно угодить с подарками, но этот ей обязательно понравится. Он уверен.

67

Чтобы снова почувствовать себя человеком, суток отдыха оказалось недостаточно. Начать с того, что руки и лицо горели, словно Маклин съездил на пару недель в тропики, а крем для загара забыл дома. И еще его не оставляло чувство нереальности всего произошедшего. Да, он слышал, что недостаток кислорода может порождать самые странные галлюцинации, но от этого ничуть не легче.

– Так вы находились внутри, когда все случилось? Черт возьми, инспектор, что это было-то?

Вырванный из своих грез, Маклин внезапно вспомнил, где он и кто с ним рядом. Пожарный дознаватель Джим Барроуз изучал исходящие паром развалины, что раньше были кузнечными цехами «Макмерри». От огромного здания осталось не так много: крыша сгорела целиком, стены наполовину обрушились. С места, где они стояли, – дальше начинались сплошные обломки, – Маклин видел обрубки чугунных столбов, раньше поддерживавших стропила. Теперь они, почерневшие от золы, торчали из куч мусора. С другой стороны здания команда пожарных осторожно расчищала завалы в поисках тел.

– Я должен был заехать сюда на следующей неделе для оценки пожароопасности здания, – сообщил Барроуз. – Похоже, владельцы слегка опоздали. Как, вы говорите, начался пожар?