Луанда открыла глаза от толчка и осмотрелась, удивившись тому, где находится. Она уснула и очнулась от быстрых тревожных снов. Девушка упрекнула себя, тяжело дыша. Она решила оставаться бдительной, бодрствовать, но ее усталость, должно быть, сыграла против нее. Луанда выглянула в темноту, в абсолютную тишину городской площади, спрашивая себя, который час. По крайней мере, еще не появилось солнце. А теперь площадь, как она и надеялась, была абсолютно пустой.

Не считая одного человека, того, кто представлял для нее самое большое значение – ее мужа. Он все еще стоял на эшафоте, привязанный к кресту, безвольно свисая. Девушка не знала, жив ли он еще или уже мертв. Но, по крайней мере, Бронсон был один.

Теперь это был ее шанс.

Луанда медленно выползла из расщелины, ее руки и ноги едва разгибались от того, что она долго сидела, свернувшись калачиком. Она поднялась, потягиваясь, и осмотрела окрестности. Бронсон находился на кресте слишком высоко, и ей нужен способ спустить его вниз, а когда ей это удастся, Луанде придется найти способ вызволить их обоих отсюда.

Но Луанда нигде не видела лошади, не было никакого способа сбежать, а времени ее искать не было. Она понимала – теперь или никогда. Сначала Луанда спустит его вниз, а потом придумает, что делать с ним дальше.

Луанда украдкой прошла через площадь, низко пригнувшись. Она подошла к эшафоту и поднялась на крыльцо. Приблизившись, девушка услышала стоны Бронсона, обрадовавшись этим, исходящим от него, звукам. Он был жив.

Луанда подошла к мужу сзади, поднимаясь к вершине эшафота, который находился на добрых десять футов от земли, и встала рядом с Бронсоном.

«Бронсон», – прошептала она ему в ухо, когда он стоял там в бреду. – «Это я, Луанда. Я здесь».

Бронсон поднял подбородок и посмотрел на жену одним открытым глазом. В уголке его губ девушка увидела улыбку, но его губы были потрескавшимися. Он находился в бреду, поэтому ему было сложно открыть рот и заговорить.

«Я собираюсь увести тебя отсюда. Ты меня понимаешь?» – спросила Луанда.

Бронсон медленно кивнул.

Луанда достала кинжал из-за пояса, встала за ним и разрезала толстую бечевку, которой сзади его руки были привязаны к кресту. После того, как она закончила, Бронсон вдруг оступился и упал прямо на нее. Его вес был неожиданным, отчего она рухнула на пол с громким шумом, заставив полое дерево прозвучать эхом на городской площади.

«Стой! Кто там?» – раздался строгий голос.

Внезапно в темноте показался факел, после чего они увидели приближающегося к ним коня. Луанда в ужасе посмотрела на него и увидела одного из людей МакКлауда, королевского стражника, который приближался к ним.

Ей пришлось думать быстро.

Луанда вскочила на ноги, вытащила из-за пояса кинжал и, когда воин бросился на нее, девушка откинулась назад и метнула его.

Она молилась Богу о том, чтобы ее цель была верной. Метание ножей было рефлексом, этим она занималась с самого детства. Это было единственное умение, которым она обладала. И теперь она молилась о том, чтобы те годы тренировок окупились.

Раздался звук вонзившегося в плоть клинка, когда стражник закричал. Девушка наблюдала за тем, как ее кинжал вонзился в его горло, отчего воин отлетел назад, упав с коня. Хотя конь продолжал нестись прямо на нее, и Луанда, протянув руку, схватила его за поводья, прежде чем он смог убежать. Затем девушка схватила Бронсона, изо всех сил подняла его на ноги и перекинула его через лошадь. Она прыгнула на коня, пнула его ногой, после чего они оба поскакали прочь.

Луанда услышала хор голосов вдалеке, позади нее, но она не остановилась и не посмотрела, кто ее преследовал. Она мчалась по извилистым улочкам этого города, надеясь и молясь о том, чтобы она поскорее могла убраться отсюда.

Ее молитвы были услышаны. Через несколько поворотов девушка оказалась под открытым небом, в открытом поле, мчась на Запад, когда садилось второе солнце и поднималась первая луна. Вдали она увидела силуэт Хайлэндс, и ее сердце воспарило. Прямо за теми горами была безопасность. Если Луанда преодолеет их, она поклялась, что больше никогда не пересечет сторону МакКлаудов.

Она едва верила в это.

Они были свободны.

Глава тридцать первая

Рис проснулся на рассвете следующего дня и был первым, кто поднялся. Посмотрев на тлеющие угольки костра, он увидел своих собратьев по Легиону, которые все еще спали вокруг него под открытым небом. Он был рад, когда прошлой ночью вернулся Тор, и они оба провели полночи за разговорами. В какой-то момент они задремали, и Риса терзали тревожные сны. Молодой человек продолжал видеть лицо Селезе. В одном из своих снов он увидел ее в лодке, в морском течении, уплывающей от него в сильных приливах. В другом сне Рис увидел ее висящей на краю скалы, вцепившейся в его запястье. Во всех этих снах девушка ускользала от него, а он продолжал предпринимать попытки ее спасти, но всегда оказывалось слишком поздно.