Читаем Клейма ставить негде полностью

— Ну, о его семье я мало что знаю. Работал я всю жизнь в самом дальнем углу района. Начальство туда нос никогда не совало, особенно Давишин. Да и я в райцентр ездил, только когда вызовут. Ну, о его семье что я знаю? К нам он приехал бобылем. Была ли у него семья в Ивановском районе — не знаю. Ну а в Кедровом он с ходу сошелся с одной конторской фифой. Говорили, что она была штатной любовницей тогдашнего главы Медяшкина. Его у нас Мудяшкиным величали. Раньше, при Союзе, был каким-то райкомовским секретаришкой, а как только коммунистов отовсюду поперли, он туг же сдал партбилет, вступил в какую-то демократскую партию, и через месяц — глядь, уже у нас главой окопался. Кстати, они с Давишиным сразу же стали друзьями неразлей вода. Оно и понятно: рыбак рыбака видит издалека.

— Интересно… Как же это Медяшкин подружился с Давишиным, если тот у него любовницу увел? — недоуменно хмыкнул Крячко.

— Ну, скорее, не увел, а этим самым выручил Медяшкина, когда тот влип в одну скандальную историю, — неспешно пережевывая бифштекс на удивление крепкими зубами, внес уточнение Василий Терентьевич. — До жены Медяшкина дошло, что ее муженек прямо у себя в кабинете на рабочем столе «жарит» какую-то девку. Он давай отмазываться: вроде того, не верь поклепу — она замуж выходит. Как, мол, она будет со мной «кувыркаться», если у нее есть жених и свадьба со дня на день? А тут появился Давишин и в самом деле сделал ей предложение. Ну и все. Скандала не случилось, а они стали дружками. Сколько афер провернули, сколько налево пустили государственного имущества — вряд ли кто и когда узнает.

— Насколько нам уже стало известно, Давишин женат был трижды… — Допив чай, Гуров взглянул на часы. — Вот с этой бывшей любовницей Медяшкина он что, потом развелся? И кстати! Дети у них были?

Немного подумав, Ежалов отрицательно качнул головой.

— Нет, детей у них не было. Но, думаю, именно жена помогла Давишину перевестись в Зауральское УВД. Баба была хваткая, «передком» умела много чего сделать. К кому-то, говорят, месяца два или три подряд ездила в Иркутск. И знаете, вылежала-таки ему повышение. Да! Его отправили в Зауральск каким-то там замом начальника УВД. Года три или четыре прошло, слышим тут — Давишин уже в кресле начальника УВД. Но уехал он туда вдовцом. Когда новое назначение было получено, его жена на радостях через край «употребила» и куда-то погнала на своем тарантасе. То ли «Бентли» у нее был, то ли «Феррари»… Ну и залетела на трассе под прицеп лесовоза… Машина — в хлам, она погибла в момент аварии. Ну а женился Давишин потом или нет, я не знаю…

За разговорами время ожидания пролетело незаметно. Чуть ли не на полуслове завершив обсуждение биографии Давишина, все трое отправились на посадку. Василий Терентьевич по пути к автобусу (подали новенький современный «пазик») пообещал порасспрашивать своих бывших сослуживцев (кто на данный момент еще был жив) и собрать дополнительную информацию о Давишине. Обменявшись с ним телефонными номерами, опера загрузились в автобус. И здесь с ними произошло то же самое, что и в самолете, — они провалились в сон, едва автобус тронулся в путь…

Трудно сказать, сколько времени они спали и насколько мирно им спалось в сидячем положении, но вот их пробуждение оказалось неожиданным и в какой-то мере шокирующим. Водитель автобуса на полном ходу вдруг резко ударил по тормозам, отчего пассажиров довольно-таки сильно мотнуло вперед. Некоторые из тех, кто уснул, даже повалились на пол. Проснулись и приятели, дремавшие в своих креслах.

— Что за хрень?!! — вырвалось у Стаса в момент соприкосновения его лба со спинкой переднего кресла. Он недоуменно озирался по сторонам, пытаясь осознать, где он находится и что именно произошло.

В этот момент откуда-то спереди донесся звук ударов в бубен и какое-то непонятное заунывное пение.

— Японский городовой! — раздался гневный голос водителя, — Тебе что, жить надоело?! Нашел, блин, где свои камлания устраивать! Эй, чудила! Уйди с дороги — мне людей везти! Ну, ты что, не понимаешь русского языка?! Уйди, а то ща по шее накостыляю!

Присмотревшись, опера увидели прыгающего перед капотом автобуса какого-то странного человека с шаманским бубном в руках. Одет он был самым невероятным образом, да еще и увешан какими-то железными амулетами.

Одна женщина с задних мест крикнула шоферу:

— Ой, не трогайте его, не трогайте! Это наш местный шаман, он нас о чем-то предупреждает! Он сейчас попляшет и уйдет сам. Не надо, не надо его обижать!

— Это что за представление? — протирая глаза, поинтересовался Гуров.

— Сенька-шаман чего-то прямо на дороге поплясать надумал… — обернувшись в его сторону, пояснила сидевшая впереди женщина. — Это местный сумасшедший, который возомнил себя шаманом. Он иногда в городе свои представления устраивает, иногда выбегает на дорогу. Кое-кто его воспринимает всерьез, а мне кажется, дурака он просто валяет.