Читаем Хвост Скорпиона полностью

Нора нашла Ника Эспехо в маленьком кабинете в здании банка Альбукерке. Судя по табличке на двери, он работал здесь кредитным инспектором. Именно таким Нора и представляла себе молодого сотрудника банка: синий костюм, начищенные до блеска ботинки, безупречно аккуратная стрижка. На вид Нику Эспехо было лет двадцать с небольшим. Когда Нора постучала в дверь, он с широкой улыбкой пригласил ее войти:

– Пожалуйста, присаживайтесь, доктор Келли.

Нора села. Во время телефонного разговора она не сказала, что ей нужно, и теперь пожалела об этом: судя по теплому приветствию и фальшивой улыбке, Ник принял ее за клиентку.

– Чем могу помочь? Процентные ставки у нас минимальные…

– Я по другому вопросу, – перебила его Нора. – Я археолог, работаю в Институте археологии Санта-Фе.

Улыбка Ника слегка померкла, в его взгляде мелькнула настороженность.

– Извините, я подумал, что вы хотите взять кредит.

– Меня к вам направила миз[22] Эскаминзин. Она сказала, что вы, возможно, сумеете мне помочь.

Молодой человек немного расслабился:

– Сделаю все, что могу. Продолжайте.

– Меня интересует Нантан Таза.

Ник сразу изменился в лице. В его черных глазах мелькнуло замешательство и печаль.

– А в чем дело? С ним что-то случилось?

– Насколько я знаю, нет. Позвольте объяснить ситуацию. Много времени я у вас не отниму.

Предупредив, что информация строго конфиденциальна, Нора вкратце рассказала о том, как обнаружили тело Гоуэра, об испытаниях «Тринити», о лагере в Хай-Лонсаме и о магической связке, принадлежавшей Тазе. Молодой человек слушал очень внимательно. Несколько раз на его лице отразилось удивление.

– Итак, – произнесла Нора, завершив свою историю. – Я надеялась, что Нантан Таза рассказывал вам о Гоуэре – или о чем-то, что может пролить свет на события того дня.

Эспехо опустил взгляд:

– Больно слышать. Старик мне много чего рассказывал, но все это были истории апачей. Сказки и легенды мескалеро. Нантан Таза был хорошим человеком, только на жизнь смотрел мрачно. Он не был циником, скорее пессимистом. А на человечестве и вовсе поставил крест. Теперь понятно почему. Боже мой! Значит, он своими глазами видел, как взорвалась бомба?

Нора кивнула. Эскаминзин тоже называла Нантана мрачным стариком.

Эспехо ненадолго задумался.

– Мне тогда было лет одиннадцать-двенадцать. Нантан жил за пределами Мескалеро, в старой бревенчатой хижине возле Кладбищенского ручья. Он ни от кого не зависел: добывал на охоте мясо, сушил его, возделывал маленький огород, – благодаря ручью недостатка в воде для полива он не испытывал. Я повстречался с Нантаном случайно: ехал верхом по каньону и напугал его коров. Откровенно говоря, скотина у него была полудикая, и все же Нантан очень рассердился. В качестве извинения я наколол ему дров, и как-то само собой получилось, что я стал время от времени к нему заходить. Поначалу я его побаивался: смотрел он сурово, никогда не улыбался, да и говорил мало. Но постепенно я привык к старику, а он начал давать мне и другие поручения. Нантан общался со мной как со взрослым. Как с равным.

– Значит, он рассказывал вам легенды и сказки? О чем еще вы разговаривали?

– О традиционных верованиях апачей. О том, как прожить хорошую жизнь. Нантан часто твердил, как важно относиться ко всему в мире как к величайшим святыням.

Ник выдержал паузу.

– Когда я узнал его получше, Нантан время от времени говорил о том, что хочет уйти, но не объяснял почему и не называл никаких дат. Я думал, это пустые разговоры. Но однажды, когда я пришел к нему, он седлал лошадь. К задней луке седла был привязан вещевой мешок. Винтовку он тоже взял с собой. Я спросил, куда он собрался. Нантан сказал, что ему пришло время уходить в горы. Я ужасно огорчился, не понимая, почему Нантан уходит, задавал вопросы, а он не отвечал. Я плакал, умолял его остаться, но Нантан принял решение. Тогда я побежал седлать свою лошадь – хотел уйти с ним. Однако Нантан меня остановил и заставил дать слово, что я за ним не поеду. Больше я его не видел.

– Сочувствую, – произнесла Нора. – Наверное, для вас это было все равно что потерять отца.

– И отца, и лучшего друга. Я осознал, как много для меня значила наша дружба, только после того, как Нантан ушел. Я до сих пор представляю, что в каком-то смысле он здесь, со мной, ведь он мне передал так много знаний. Однако это нелегко.

Нора помедлила:

– Не знаете, куда он отправился?

– Нантан мне не сказал.

– Может, хотя бы примерно представляете, где он может быть?

Эспехо некоторое время молчал.

– Почему вы спрашиваете?

– Просто я подумала: вдруг он еще жив?

– Тогда ему исполнилось девяносто пять лет.

Нора кивнула.

– Десять лет продержаться в одиночку в горах… – произнес Эспехо. – Думаете, это реально?

– А вы как считаете?

Эспехо ответил не сразу. Наконец он сказал:

– Если Нантан умер, он вернулся на землю духов. А если он жив, значит не хочет, чтобы его тревожили. Я пообещал, что не стану его искать.

– Но если Нантан жив, он сможет пролить свет на произошедшее. Только он знает, что случилось в тот роковой день. Ему одному известно, что искали они с Гоуэром.