Читаем Хуррит полностью

— Зачем нырнул? — в глазах Андрия было недоумение, — Здесь течения почти нет, сама спокойно выбралась бы. Командир поручает работу подчиненным, а не делает ее сам, — высказав свое мнение, Андрий потерял интерес к нашим персонам.

— Вы видели пасть сома, он мог бы человека проглотить. Какие еще здесь могут быть хищники? — археолог выглядел озадаченным. — А если здесь водятся доисторические рыбы и хищники? И почему сом атаковал ветку в руках Ады?

— Она приманила его, — увидев вопрос в глазах девушки, пояснил, — Это как ловля сома на квок. Ты когда била по воде, ко дну уходил звук, похожий на тот, что издают рыбы, выпрыгивающие из воды. Или лягушки и жабы, так, по крайней мере, объясняется то, что сомы всплывают на звуки квока.

Мне это рассказывал наш завхоз Михайлыч, заядлый рыбак. Пару раз он брал нас на рыбалку, чтобы было кого гонять за дровами и потрошить рыбу.

— Это было так неожиданно, я реально перепугалась, — Ада повеселела: происшествие явно добавило ей хорошего настроения. Отмахнувшись от назойливого Саленко, предлагавшего ей сухую куртку, Ада приблизилась:

— Спасибо, Арт, ты прыгнул за мной, даже не раздумывая. Поступки, а не слова характеризуют настоящее отношение человека, — девушка подарила мне улыбку, бросив недовольный взгляд в сторону археолога, застывшего с курткой в руках. В промокшей форме, плотно облегавшей фигуру, Ада была чертовски хороша. Пробормотав, что прыгнул бы за любым, я перебрался на свое место, поднимая брошенный Саленко шест. К счастью, в этом месте река текла относительно прямо, и нас не вынесло на отмель.

Течение немного ускорилось — берега проплывали мимо нас чуть живее, чем раньше.

Когда, разложив зажаренные ночью куски рыбы, Ада позвала на обед, мы плыли уже со скоростью больше четырех километров, на мой субъективный взгляд. Ландшафт не сильно изменился, правда, все чаще встречались одинокие деревья и кусты по берегам реки.

— Далеко еще до моря? — спросил Данила с набитым ртом.

— Какого моря? — спросил я самым невозмутимым видом.

— Как какого? Черного! — в голосе парня прозвучал вызов.

— Нет никакого моря, — отправив кусок рыбы в рот, подмигнул Аде. После происшествия в реке, когда я, не раздумывая, нырнул за ней, девушка немного оттаяла. Женщины любят, когда рискуют ради них, и эта рыжеволосая красавица не была исключением.

— Как нет, Артур, хватит дурить меня! — украинец переводил взгляды с меня на остальных, словно ожидая поддержки. Саленко откровенно ухмылялся, даже Андрий заулыбался, предполагая, что последует за словами Данилы.

— Саперную лопатку не забыли положить на плот?

На мой вопрос археолог рассмеялся:

— Не забыли, Арт!

— Данила, лопатка у нас есть, будешь рыть Черное море вручную, — конец моих слов заглушил громкий хохот. Смеялись все, кроме Данилы. Он, будучи без сознания, пропустил уже дважды сказанную мной остроту. Дождавшись, когда смех утихнет, я продолжил:

— Как выроешь Черное море, так и станет верным утверждение, что море вручную вырыли древние укры.

Насупившийся Данила хотел ответить, но поостерегся под взглядом сестры. Ада была в прекрасном настроении. Закончив смеяться, девушка заявила:

— Сколько раз на тематических форумах встречала эту фразу, но никогда она не была так к месту, как сейчас. Бедный Данила, это же сколько тебе копать? — девушка снова залилась смехом.

— Не меньше ста тысяч лет, — на полном серьезе ответил за парня Саленко, вызвав второй приступ хохота на плоту.

— Дураки, над кем смеетесь? Над собой, он же просто издевается над вами, — отложив кусок рыбы в сторону, Данила ушел на нос плота и присел, как нахохлившийся воробей.

До самого вечера плыли без приключений — Ада дремала, а мы с Андрием по очереди правили плотом, не доверяя эту работу Саленко. Археолог попытался снова завязать разговор с Адой, но не дождался реакции. Присев рядом с Данилой, Саленко долго с ним разговаривал. До меня долетали обрывки его фраз в мою защиту, обиженный украинец долго не мог отойти.

Ближе к вечеру стали присматривать место для ночевки — плыть ночью было опасно. Пару раз на пути встречались небольшие островки, густо поросшие камышами. Один раз едва не сели на мель почти в самой середине водного потока.

Подходящее место нашлось, когда солнце клонилось к закату. Взявшись за весла, Саленко и Андрий смогли увести плот ближе к левому берегу. При сплаве по реке, берега соответствуют классическому восприятию сторон: слева-левый берег, справа — правый. Я помог подогнать плот к берегу, едва шест стал доставать до дна. Как правило, правый берег бывает круче и глубины больше. Но даже у левого берега была приличная глубина: выпрыгнув на берег, Андрий подтянул плот. Общими усилиями вытащили его наполовину из воды, убедившись, что течение не отнесет наш импровизированный корабль.

Пока ребята разводили огонь, радуясь тому, что мы захватили с собой хворост, сделал небольшую разведку по окрестностям. Далеко отходить не стал, начинало смеркаться, а в высокой траве могли быть хищники. К этому месту животные на водопой не приходили, на берегу не было следов.