Читаем Хроника Перу полностью

Рассказывают, что в некоторых провинциях, которые лежат между Хаухой и Кахамалькой, у него произошли некоторые войны и ссоры, и что он приказал возводить земляные валы и крепости, чтобы защищаться от местных жителей, и что своею искусною ловкостью он поработил их без большого кровопролития, и то же сделал с Кахамалькой; и всюду он оставлял губернаторов и представителей, и почтовые станции, поставленные для получения известий, и не покидал ни одну крупную провинцию, не приказав прежде устроить покои и храм Солнца и разместить митимаев. Рассказывают помимо этого, что он вошел через Гуануко [Guanuco] и что он приказал выстроить дворец столь совершенный, каковой сегодня мы и видим построенным; и что когда он шел к чачапоя, те оказали ему такое сопротивление, что почти полностью его разгромили, но он сумел сказать им такие слова, что они сами вызвались служить ему. В Кахамальке он оставил многих людей из Куско для того, чтобы они наказывали местным жителям, как им надлежало одеваться и какую подать ему платить и, прежде всего, как они были должны поклоняться Солнцу и почитать его за бога.

В большинстве краев называли его отцом; и он чрезвычайно заботился о том, чтобы, согласно его приказу, никто не причинял вреда в той земле, где он проходил, и не применялась сила [ни] к одному мужчине или женщине, тот же, кто это делал, после по его приказанию подвергался смертной казни. Он стремился к тому, чтобы те, кого он порабощал, строили свои селения рядом и упорядоченно, и чтобы они не учиняли друг другу войн, не поедали друг друга и не совершали иных грехов, осуждаемых естественным законом.

Через Бракаморос [los Bracamoros] он вошел и возвратился, спасаясь бегством, ибо горная та земля нездорова ^[500] [mala tierra ^[501]]; в Пальтас [Paltas] и в Гуанкабамбе [Guancabamba], Кахас [Caxas], и Айабаке [Ayabaca ^[502]] и в их областях многих трудов стоило ему поработить те народы, ибо они воинственны и сильны, и он вел с ними войну более пяти лун; но, наконец, они запросили мира, и он был дан им на тех же условиях, что и остальным. И мир заключался сегодня, а назавтра вся провинция уже была заполнена митимаями, и с губернаторами, при том местных жителей не лишали правления; и строились хранилища, и в них помещали припасы и то, что еще приказывали поместить; и была проложена королевская дорога с почтовыми станциями, которые должны были располагаться по всей ее протяженности.

Из этих земель Топа Инга Юпанге шел до тех пор, пока не прибыл к каньяри ^[503] [los Canares], с которыми у него также вышли брань и ссоры, и после того, как с ними случилось то же, что и с прочими, они сделались его вассалами, и он повелел, чтобы более пятнадцати тысяч мужчин из их числа, вместе со своими женами и с их главным правителем, отправились в Куско, дабы пребывать в том городе и чтобы держать их в качестве заложников; и было сделано так, как он приказал. Кое-кому угодно утверждать, что этот переход каньяри в Куско произошел во времена Гуайнакапы. И в Томебамбе [Tomebamba] приказал он возводить большие и достославные [lastresos или lustrosos (?) ^[504]] здания. В Первой Части я говорил о том, каковы были эти покои и сколь величественны они были ^[505]. С этого места направил он различные посольства во многие земли тех областей, дабы оттуда пожелали прийти и зреть его, и многие, без войны, вызвались служить ему; [к] тем же, что не пожелали [явиться], посылал он военачальников с отрядами, и они силою принуждали их делать то, что другие делали добровольно.

Утвердив порядок в земле каньяри, он отправился в Тисикамбе [Ticicambe] и Кайамбе [Cayambe], Пуруае [Puruaes] ^[506] и во многие другие края, где рассказывают о стольких делах, им совершенных, что этому нельзя поверить, и о мудрости, которую он проявил, чтобы сделаться монархом столь великих королевств. В Латакунге [Latacunga ^[507]] он вёл упорную войну с местными жителями, и он заключил мир с ними после того, как они были сломлены; и он приказал выстроить столько зданий в этих краях, и столь выдающихся, что совершенством они превосходили лучшие здания Куско. И в Латакунге он захотел остаться сколько-то дней для того, чтобы его люди могли отдохнуть, и почти каждый день к нему прибывал посланец из Куско, [извещая его] о положении, в каковом находились там дела; и из других краев всегда приходила почта с извещениями и [сообщениями о] великих делах, которые его губернаторы, управляя теми землями, приказывали совершить. И пришло известие о некоем беспорядке, произошедшем в Куско среди самих же орехонов, и оно вызвало некоторое смятение, ибо подозревали перемены; но, вслед за тем, [пришло] другое известие, о том, что все прояснилось и уладилось, и что губернатор города применил суровые наказания к тем, кто выступил зачинщиками волнений.