Читаем Хроника Перу полностью

В Кито он оставил своим наместником и министром двора [mayordomo mayor] престарелого орехона, про которого все рассказывают, что он был весьма сведущ и храбр и благородной внешности, и звали его Чалькомайта [Chalcomayta ^[510]]; и он предоставил ему разрешение для того, чтобы он мог ездить в носилках и пользоваться золотой утварью, а также и иные права, коих у того было во множестве. Касательно всех вещей он повелел, дабы каждую луну тот отряжал гонца, который доставлял бы ему известия, в особенности, обо всех вещах, которые происходили, и о состоянии земли и плодородии ее, и о приросте скота, помимо того, о чем извещали обычно; сколько было бедняков, и сколько тех, кто умер в один год, и тех, что родились, и что было написано ранее ^[511], о чем кроме этого знали короли в том же Куско; и хотя был столь велик путь из Кито в Куско, который длиннее, нежели путь от Севильи до Рима, тем не менее, эта дорога использовалась так же [постоянно], как и дорога от Севильи до Трианы ^[512], и я не могу воздать ей большей хвалы.

Прошло [несколько] дней с тех пор, как великий Топа Инга получил известие о плодородии равнин и о прекрасных долинах, которые в них были, и о том сколь уважаемы были их правители; и он решил направить посланцев с дарами и подношениями для вождей, прося у них, чтобы считали они его другом и товарищем, ибо и он хотел быть равным им в [их] одеянии, когда он пройдет по долинам, не начиная войны, если бы они захотели мира, и он дал бы им некоторых из своих жен и одежд, а себе бы взял [жену] из их [числа], и прочие вещи такого рода. И по всему побережью уже пронеслась новость о том, над сколькими землями властвовал Топа Инга Юпанге, и что не был он ни жесток, ни кровожаден, и не причинял вреда никому, а только подозрительным [лицам] и тем, кто хотел противостоять ему; и они хвалили обычаи и религию тех [людей] из Куско. Они почитали орехонов за святых людей, думали, что Инги были сыновьями Солнца или что в них было какое-то божество. И, принимая во внимание эти вещи, а также и иные, многие приняли решение, не видев до того его стягов, заключить с ним дружбу и так они и послали сказать ему через своих собственных послов, с коими отправили много даров тому же королю, и они просили его пройти по их долинам, дабы они могли услужить ему, и порадоваться царившей у них прохладе и похвалил Инга такое волеизъявление и, снова сказав губернатору Кито то, что он должен был делать, он выступил из того города, чтобы воцариться над юнгами.

ГЛАВА LIX. О том, как Топа Инга Юпанге путешествовал по равнинам и как все юнга пришли под его власть.

ТАК КАК КОРОЛЬ Топа Инга решил идти в долины равнин, чтобы привлечь к своей службе и повиновению их жителей, он спустился в Тумбес [Tumbez] и был с почестями принят местными жителями, которым Топа Инга выказал много любви, и затем надел одежды, которые они использовали, чтобы еще больше удовлетворить их, и похвалил вождей за их желание без войны принять его как владыку, и обещал почитать и ценить их как собственных своих сыновей. Они, довольные его хорошие словами и тем, как он с ними обращался, подчинились ему на этих условиях и позволили поставить над собой губернаторов и строить здания; также, помимо этих утверждений, высказываемых некоторыми индейцами, другие считают, что Топа Инга на всем протяжении пути почти не заключал [мирных] соглашений в той земле, до тех пор, пока не воцарился Гуайнакапа, но если мы будем принимать эти утверждения индейцев, то никогда не придем ни к каким заключениям.