Читаем Хроника Перу полностью

С этим посольством он послал орехона с некоторыми дарами для предводителей колья, но это ничему не послужило, и они не пожелали союза с ним; но, напротив, объединенное войско, которое возглавляли вожди селений, приблизилось к тому месту, где был Топа Инга. И все рассказывают, что в поселке, называемом Пукара [Pucara], они укрылись в крепости, которую там выстроили; и что, когда прибыл Инга, с ним завязался [предварительный] бой, сопровождаемый криками, как у них обыкновенно случается, и что, наконец, состоялось сражение между теми и другими, в котором умерло много с обеих [entrambas] сторон, и колья были побеждены, и много их было взято в плен, как мужчин, так и женщин; и их было бы больше, если бы дозволено было, чтобы преследование продолжилось; но Инга тому воспрепятствовал ^[487], и сурово говорил он Кари, правителю Чукуито, как был нарушен мир, заключенный его дедом с Виракоче Ингой, и что он не хотел убивать его, но вместо того пошлет его в Куско, где тот будет наказан. И таким образом вместе с другими пленниками приказал он доставить его в Куско под охраною; и в знак победы, которая состоялась над колья, в вышеупомянутом месте он повелел сделать большие каменные изваяния ^[488], и выломать в память об этом кусок горной цепи ^[489], а также сделать и другие вещи, которые сегодня тот, кто отправится в то место, узрит и различит, как сделал я, когда останавливался [там] на два дня, чтобы увидеть их и досконально в них разобраться ^[490].

ГЛАВА LVI. О том, как колья запросили мира и как Инга предоставил его им и вернулся в Куско.

КОЛЬЯ, которые бежали с поля боя, как говорят, весьма испугавшись случившемуся, с великою поспешностью [priesa] убрались, думая, что те [люди] из Куско преследуют их по пятам; и так они бежали в подобном страхе, обращая время от времени лица вспять, чтобы видеть то, чего они так и не увидели, ибо Инга тому воспрепятствовал. Пройдя Водосток ^[491] [el Desaguadero], собрались вместе все предводители и держали друг с другом совет, решив послать [своих людей] просить мира у Инги, с тем чтобы, если бы он принял их на свою службу, оплатить все подати, которые они были должны с тех пор, как восстали, и навсегда остаться верными ему. Договариваться о том отправились наиболее рассудительные из них, и они встретили Топа Ингу, который двигался в их сторону, и он выслушал посольство с видимым доброжелательством и ответил словами милосердного победителя, что их, верно, огорчало то, что случилось по их вине, и что, конечно же, они могли прийти в Чукуито, где он заключил бы с ними мир таким образом, чтобы он был выгодным для них самих. И как они о том услышали, то так и сделали.

Он приказал снабдить [их] обильным продовольствием, и правитель Умалья отправился получить его, и Инга говорил с ним по-доброму, как и с остальными правителями и военачальниками; и прежде, нежели они договорились о мире, рассказывают, что состоялись великие пляски и возлияния, и что, когда они закончили и собрались все вместе, он сказал им, что не желает того, чтобы они имели необходимость выплачивать ему подати, которые были должны, ибо то была большая сумма; но, поскольку восстали они безрассудно и беспричинно, он должен был поставить гарнизоны из рядовых воинов, и чтоб они обеспечивали воиновпродовольствием и женщинами. Они сказали, что так и сделают, и затем он повелел, чтобы из других земель прибыли для этих целей митимаи, по тому приказу, что был изречен; а также было отобрано много людей из Кольяо, которые были переведены из одних селений в другие, и среди них были оставлены] ^[492] губернаторы и представители, чтобы взимать подати. Сделав это, он сказал, что они должны были претерпеть [наказания] по закону, который он хотел создать, дабы всегда было известно о том, что было ими содеяно, а именно, чтобы никогда они не смогли войти в Куско иначе, как в сопровождении лишь стольких-то тысяч мужчин со всей их провинции, равно как и женщин, под страхом смерти, буде осмелится войти больше людей, нежели сказано. От этого испытали они горесть, но приняли это, как и остальное; и верно, если колья [уже] пребывали в Куско, то другие не смели войти, если число было полным ^[493], до тех пор, пока те не выходили [из города]; и если они хотели сделать это, то не могли, ибо сборщики дорожных податей [portazgueros ^[494]], сборщики [прочих] податей и стража, которые были для того, чтобы смотреть, кто входил и выходил из города, не позволяли и не допускали этого; и у них не было в обычае совершать подкуп, дабы осуществить [задуманное] согласно своей воле [entre ellos no se usaba cohecho para poder hacer su voluntad], и также никогда не говорили они своим королям лжи ни в чем, и не раскрывали его тайну, что заслуживает большой похвалы.