Читаем Хозяин зеркал полностью

– Зоосад Ее Величества, ныне находящийся под попечительством Господина F, – пояснил Вигго. – Когда я был слишком молод, глуп и горласт, отсидел здесь под замком несколько месяцев. Господа выводили меня к пьяным гостям, как цепного медведя. Дамочки, хе-хе… – Слегка раскрасневшийся вождь прыснул в кулак – не то от нахлынувших воспоминаний, не то от очередного глотка «Бозо». – Дамочки так пугались живого бунтаря, что сами вешались на шею гусарам. А какие тогда были пиры! Господин W кидал мне со стола лучшие куски и поил с руки горящим пуншем. В конце концов мне и самому стало нравиться выступать в роли чудища.

Последнюю фразу Вигго проговорил уже с высоты забора, сопровождая ее надсадным кряхтением.

– И что потом? – глядя снизу вверх, спросил R.

– Суп с котом! – заорал вождь и, тщательно примерившись, спрыгнул на садовую дорожку. – Лезь давай.

Его спутник легко перемахнул через острые пики решетки и с любопытством оглядел заросшие травой клумбы и ряды клеток вдалеке.

– И что было дальше?

– Что дальше, что дальше… Сбежал я! Благодаря дочке смотрителя. Она украла у отца ключ от вольера с полярными оленями. А из той клетки, где меня держали, можно было пролезть в вольер сквозь прутья. С той поры всегда ношу тот самый ключик на шее – на удачу.

Иенс-R недоверчиво заломил бровь:

– Хочешь сказать, что ты прошел через клетку с оленями Королевы и остался жив?

Вигго довольно осклабился:

– Ага. Смотритель-то был человек понимающий. Оленей при нем кормили жиром чернобрюхих сирен, чтоб они были добрые и смирные. А теперь оленей вообще не кормят, зато господин F по утрам выпивает на завтрак большую кружку сиреньего жира с булочкой.

– И что олени?

– Подохли олени. Истаяли от голода. Смотри туда! – И бывший сиделец зоопарка указал рукой в направлении пустого и темного вольера. – Видишь, одни шкуры лежат?

R пригляделся. Действительно, в углу клетки громоздились рога и вечерний бриз трепал груду грязно-белых мехов.

– Вижу. Только я бы не сказал, что они мертвы…

В этот момент и Вигго показалось, что шкуры в углу пошевелились. Хотя, скорее всего, повинен в этом был не в меру распоясавшийся ветер.

Вождь смачно сплюнул, пытаясь скрыть невольную дрожь.

– Не каркай. Нам ведь как раз туда и лезть. Ты ведь наверняка слышал в детстве про королевскую кухню и кастрюлю без дна?

– Нет, – отрезал R.

Даже Иенс не любил вспоминать свое детство, что же касается того, кто нынче занял место Иенса, у него вообще не было никакого детства. Месть – чувство зрелое, чтобы не сказать старое.

– Правильно, – ухмыльнулся вождь. – Потому что это вранье. На королевской кухне не было никаких кастрюль, ни с дном, ни бездонных. Старуха ничего не жрала и терпеть не могла огонь. А вот жирняге F идея пришлась по душе. Один повар рассказал мне по секрету, что тайный подземный ход начинается на кухне старого королевского дворца, в той самой кастрюле, а заканчивается вот здесь. – Он просунул руку в вольер, указывая, где именно – «здесь».

«Здесь» было склоном небольшого насыпного холма. Черное отверстие дыры почти скрыли заросли кустарника. R снова с сомнением поглядел на останки полярных оленей. Жир там или не жир, но во времена Королевы ее отборных скакунов кормили человеческим мясом. Впрочем, R не был человеком, а судьба Вигго его не особенно волновала.

Скрипнул тугой от ржавчины замок. Взвизгнули петли. Сонно крикнула неподалеку какая-то птица – разбуженный голошеий орлан или аист-перепелятник. Две тени прошествовали в вольер и, обойдя стороной груду шкур, скрылись в лазе. Рогатая голова-череп проводила их взглядом пустых глазниц, в которых медленно разгорались голодные желтые огоньки.

Рэм уже попрощался с жизнью и с махолетом. Машина, изрядно помятая утром, когда угодила в сети, трещала по швам. Вцепившийся в хвост Черныш все никак не мог перекинуться во что-то менее увесистое. Из его слов Рэм многое узнал о своей родне: например, что бабушка Минни была выдрой легкого поведения, а дедушка Ральф чем-то таким, о чем не говорят вслух в приличных домах.

Рэм, в общем, не прочь был умереть. Согласно рассказам дедушки Ральфа, все умершие тролли попадают в рай, где куча красивых и интересных вещей, зеленые горы под шапками ледников, сколько угодно чистой воды и правит Королева. Только не злая старая Королева, а добрая, молодая, смешливая, любящая заводные игрушки и покровительствующая троллям. В общем, смерть была не таким уж плохим выходом из положения. Огорчали Рэма всего две вещи.

Первое – если махолет свалится на толпу, умрут еще многие. А поскольку эти многие – не тролли, то и рай им после смерти не светит, а светит вечное пламя Нижних Кругов.

И второе – ему, Рэму, никогда больше не увидеть прекрасную фрау и не рассказать ей о своей верной любви.